– Люк? – проревел он.
Ответа не последовало. Уикли позвал еще раз.
Из дверного проема в конце коридора мигнул луч фонаря.
– Сюда! – услышал Уикли, уже пробираясь на свет.
Он разыскал Люка в просторном зале с низкими потолками, заставленном различными агрегатами. Трубы и кабели в свете фонаря казались живыми. С Люком были еще два человека в серых комбинезонах с логотипом «Талэфер» на спине.
Люк, начальник аварийной службы, был худощав и низкого роста, с редкими волосами и в больших очках.
– Что, черт подери, произошло? – прошипел Уикли, стараясь совладать с гневом.
Люк посветил на большой цилиндр в глубине зала.
– Генератор вышел из строя, – пояснил он.
Уикли почувствовал, как пульсируют вены на висках.
– Мы поставляем оборудование крупнейшим энергетическим компаниям и теперь сами остались без электричества?! Вы хоть понимаете, что мы станем посмешищем?
Его голос гремел среди металлических конструкций.
– Система аварийного питания рассчитана… была рассчитана на три дня. Наверное, оказалась перегружена. Но дизель все равно почти закончился, – ответил Люк. – Проект системы долгосрочного автономного питания отклонили три года назад. По финансовым соображениям, если память мне не изменяет.
И он посмел напоминать ему об этом! Впрочем, Уикли хорошо помнил то заседание совета директоров, когда они отклонили проект стоимостью в пять миллионов евро, назвав его пустой тратой денег. Только директор, в чью компетенцию входили вопросы безопасности, высказался за тот проект. К сожалению, он уже не работал у них. Иначе Уикли задал бы ему трепку за то, что тот в свое время не сумел убедить остальных в необходимости такой системы. Все-таки в его задачи входило продавливать стратегически важные проекты. Хорошо, что они распрощались с этим бездарем.
– Нужны запчасти и дизель, – продолжал Люк. – Ни того, ни другого сразу не раздобыть.
– Тогда добудьте мобильные генераторы!
– Они нужны в других местах, как и бензовозы.
– Что, скажите на милость, может быть важнее, чем крупнейшее предприятие в регионе?
– Больницы, временные убежища, службы спасения, техпомощь… – перечислял Люк с вызывающим спокойствием.
Уикли мгновенно возненавидел его. Против таких аргументов ему нечего было возразить.
Он задумался на мгновение – и произнес, обращаясь ко всем:
– Сегодня ничего уже не сделать. Продолжим завтра. Скажем, в два часа. А вы, – он повернулся к Люку, – позаботьтесь, чтобы завтра все работало. В противном случае вам придется озаботиться своим трудоустройством.
Берлин
Михельсен пила пятнадцатую чашку кофе за день. Она уже забыла, когда в последний раз нормально спала. С тех пор как бундесканцлер объявил чрезвычайное положение, не было времени даже поесть. В оперативном штабе теперь не протолкнуться. Им пришлось задействовать всех, кого удалось застать в городе. Некоторые из сотрудников так и не появились.
Бо́льшую часть времени Михельсен проводила на телефоне, связываясь с начальниками вспомогательных служб. Воздух был вязким, как каша, в гуще голосов она едва могла разобрать собственные слова. Служба техпомощи и бундесвер начали сооружение временных убежищ. В каждом крупном городе спортзалы, выставочные центры и другие подходящие места снабжали койками, матрасами, одеялами, санитарным оборудованием, медикаментами и продуктами. В затронутых регионах полицейские патрули по громкоговорителям призывали людей отправляться в убежища. Семьи с детьми, больные и старики пользовались приоритетом. Но представителей второй и третьей групп служащим следовало сначала разыскать. Пожилые люди, живущие в одиночку, просто не слышали объявлений или же были слишком ослаблены, чтобы самостоятельно выйти из квартиры. Тем, у кого не было родственников или соседей, оставалось дожидаться полицейских, которые ходили по квартирам и объясняли им, что делать, или уведомляли службы спасения о необходимости транспортировки.
В то же время службы техпомощи устанавливали аварийные генераторы на уязвимых объектах, таких, как местные администрации, лечебные учреждения или фермы. Но агрегатов не хватало даже для самых важных объектов. Запасы горючего разделили по учреждениям; многие больницы были близки к тому, чтобы прекратить работу, поскольку заканчивалось дизельное топливо для генераторов.