Бет заметила, что Петерс оставил их вдвоем, и обрадовалась этому. Ее гордость теперь не пострадает от того, что кто-то посторонний услышит слова, которые она собиралась сказать.
— Я надеялась, что Стивен будет достаточно бояться тебя, чтобы оставить нас в покое навсегда.
— Нас? — Он старался вникнуть в ее логику. Его глаза сузились. Она затаила дыхание. — Ты хочешь поставить меня между тобой и Стивеном?
Она принялась нервно теребить свой свитер.
— Можно сказать и так. Он не осмелится тронуть меня, если ты будешь рядом. Кроме того, как только все будет вынесено на суд общественности, Стивен уползет в ту же щель, откуда он выполз. У него не так уж много мужества.
— Я не думал, что ты станешь полагаться на человека, который позволил такому дерьму, как это, мучить тебя.
Она улыбнулась.
— Если бы я не дорожила Джереми, твой дом не пострадал бы. — Она указала на разбитые окна. — Вся эта история случилась из-за меня, и я отказываюсь признать твою вину. И то, что Саттон слишком рано вышел из-за решетки — не твоя вина. Ты понимаешь, некоторые вещи находятся даже вне твоего контроля.
Саттон издал стон. Майк позвал Петерса, который появился через секунду.
— Следи за ним, — сказал он и поманил Бет пальцем.
Он взял ее за руку и повел из комнаты.
Но Петерс остановил их:
— Болтон вызвал врача. Он будет здесь через несколько минут. Что-то еще нужно?
Майк почесал в затылке:
— Свяжись с Робертсоном. Скажи, что он может нанести свой визит Корбету прямо здесь.
Бет взглянула на него:
— Разве ты не вызовешь полицию?
Он покачал головой:
— Пусть сначала с Корбетом разберется Робертсон. Я хочу убедиться, что твой бывший муж знает, как отвечать на вопросы, которые ему станут задавать в полиции.
— Что насчет Саттона? — спросил Петерс.
Майк вздохнул:
— Пусть врач обследует его. После решим.
— Врач не донесет в полицию?
— Этот — нет, — кратко ответил Майк.
— Но ты ведь не станешь отправлять его в Южную Америку в таком состоянии, правда? — допытывалась Бет.
Майк вывел ее из комнаты и закрыл за ними дверь.
— Может, да, а может, нет. Зависит от того, что скажет врач.
Майк притянул ее к себе, не давая ей в то же время упасть в его объятия, как ей того хотелось.
— То, что я сделаю с Саттоном, не твое дело, Бет.
— Я не согласна, — она задрала нос. — Человек, с которым я собираюсь жить, не должен быть ни жесток, ни мстителен. Если ты пошлешь Саттона в Южную Америку, как обещал, и в таком состоянии, то ты сделаешь нечто противное твоей собственной натуре.
Его глаза сузились:
— Но ты не возражала, когда я впервые предложил это.
— Но он не был так тяжело ранен. Я полагаю, что такая рана уже сама по себе не позволит ему сражаться с тобой дальше. А разве это и не было целью отправки в Южную Америку?
Он зло согласился:
— Но что, если он выздоровеет — и вновь будет преследовать тебя или меня? Я что, должен сидеть и ждать, пока на тебя снова нападут?
— Конечно, нет. — Она приложила ладонь к его лицу. — Да ты лучше, чем себя изобразил, Майк. Но когда Саттон вновь что-то совершит, ты будешь действовать. Тогда, а не сейчас. Кроме того, я думаю, что он больше не сунет нос в этот штат.
Майк не был согласен с ней, но спорить не стал.
Наивность со стороны женщины — это неплохо, и, кроме того, рядом с ним она будет в безопасности. Но она должна знать, что если нужно, она должна подчиняться ему.
— Я не позволю тебе вмешиваться, если я сочту Саттона вновь опасным. Я не собираюсь менять своих принципов в уступку твоей чувствительности.
— Я не прошу тебя об этом, — она провела пальцами по его лицу. — Все, о чем я прошу — поступить с Саттоном так, как ты поступил бы, если бы я не была замешана в этом деле.
Она просила о невозможном, но он не сказал ей об этом. Вместо этого он скользнул руками по ее телу и прижал ее к себе.
— Я встал сегодня рано утром с одной целью: объяснить тебе необходимость всегда быть со мной.
— Меня не нужно убеждать в этом.
Она собиралась остаться с ним, это он понимал, так или иначе.