— Значит, тебе нравится. Чувствуй себя как дома.
Я сдерживаю смех.
— Меня лишь слегка подташнивает, чего не могу сказать о тебе.
— Подожди, пока не увидишь кухню. Тебя может и стошнить.
Он хватает меня за руку и тащит за собой, не дожидаясь ответа. Мои шаги эхом разносятся по мраморному полу, пока мы идем по коридору, по обеим сторонам которого расположены стеклянные стены с пышными атриумами, где растут пальмы и тропические растения.
Я уверена, Ронан надеется, что я скажу, какие они потрясающие и как дорого, должно быть, обходится их содержание, но я молчу. Коридор выходит в еще одно гигантское пустое пространство, откуда через высокие стеклянные стены открывается потрясающий вид на горы.
Я в замешательстве оглядываюсь по сторонам.
— Это кухня? Где холодильник? Где плита?
Ухмыльнувшись, он подходит к гигантскому прямоугольному куску черного камня, который стоит сам по себе примерно в двух метрах от гладкой дубовой стены. Затем проводит рукой по нему, и две панели медленно раздвигаются в стороны, открывая еще одно стекло, на этот раз черное.
— Что это, черт возьми, такое?
— Варочная панель. Это современная индукционная технология.
Я в замешательстве смотрю на эту панель. На ней нет ни регуляторов, ни переключателей, ни каких-либо других видимых элементов управления.
— Как она включается? Голосовой командой?
— Человеческой жертвой. Если бы ты только подошла чуть ближе…
Его улыбка раздражает своей привлекательностью. Даже моя вагина так считает. Внезапно она начинает излучать больше тепла, чем современная варочная панель Ронана.
— Ты когда-нибудь готовил на ней?
— Нет. Это просто для красоты.
— Ах. Как и все твое существование.
— Хочешь посмотреть на холодильник?
— Я едва сдерживаю волнение.
Его глаза весело блестят, когда Ронан подходит к дубовой стене и прижимает ладонь к месту, которое выглядит точно так же, как и все остальное. Часть стены шириной в чуть больше метра бесшумно поднимается к потолку и исчезает в невидимом отсеке над головой, открывая то, что называется просто холодильником, хотя это больше похоже на развлекательный центр со всеми этими интерактивными панелями и светящимися синими лампочками.
— Зачем тебе эта черная модульная штука с бо́льшим количеством цифровых дисплеев, чем, наверное, в командном центре НАСА, чтобы хранить еду холодной?
— Мне это и не нужно. Просто понравилось, как это выглядит.
Я фыркаю.
— Кажется, я уловила суть.
Его взгляд становится горящим, а голос — хриплым.
— Мне нравится смотреть на красивые вещи.
Должно быть, мое сердце внезапно сошло с ума, потому что оно бешено колотится от волнения. Я отвожу взгляд и щурюсь, глядя на панорамные окна.
— Ты не собираешься спросить меня, зачем я здесь?
— Я мог бы, но лучше спрошу, почему у тебя снова покраснело лицо.
Я бросаю на Ронана сердитый взгляд.
— Это розацеа6.
— Хм. А может, это потому, что я оказываю на тебя влияние, в котором ты не хочешь признаваться.
В его откровенном взгляде читается вызов, на который я не собираюсь отвечать. Вместо этого я отхожу от него к каменной глыбе, которая служит кухонным островом.
Удивительно, но с другой стороны есть выступ, под которым спрятаны три барных стула. Так что при желании здесь можно сесть и поесть. Но вряд ли кто-то захочет.
Обедать на вершине пирамиды было бы удобнее.
Глядя на открытый MacBook в конце барной стойки, я говорю: — Я тоже никогда не готовлю. Нет времени.
— Наверное, слишком занята тем, что пугаешь соседских детей.
— Это действительно работа на полную ставку. Как и твоя — выглядеть милым и быть бесполезным.
— Ай. Хотя подожди — ты только что назвала меня милым?
Я подхожу ближе к компьютеру. С этого ракурса видно, что на экране открыта веб-страница. Мне любопытно, что Ронан читал, когда я позвонила в ворота, поэтому продолжаю идти, проводя пальцами по гладкому холодному краю камня.
— Я сказала «милый»? Как глупо с моей стороны. Я имела в виду «мелочный».
— Это задело бы гораздо сильнее, если бы имело смысл. Никто не выглядит мелочным.
— Похоже, ты давно не смотрелся в зеркало.
Я останавливаюсь перед компьютером, смотрю, что на странице, и резко вдыхаю. Когда поднимаю взгляд на Ронана, он стоит, скрестив руки на груди и склонив голову набок, с фирменной ухмылкой в уголках губ.
— Просто провожу небольшое расследование о папочке твоей дочери. Но тебя это не должно беспокоить, ведь тебе не о чем волноваться. Ты же не стала бы мне лгать или что-то в этом роде. Верно, Мэйвен?