л карточку в карман. - А если бы я сегодня не лихачил, то кто-то мог стать героиней криминальной хроники, - добавил он с металлическим равнодушием. У Марии кольнуло в сердце и сперло дыхание. «А ведь он прав. Если бы не он, то...», - девушка отогнала от себя ужасные мысли, но ее лицо приобрело виноватое выражение, а на душе стало горько. Пасада взглянула на Сида, что слишком заинтересовался рулем мотоцикла, и его лицо было хмурым, погруженным в глубокие раздумья. «Мне нужно извиниться», - подумала Мария и сделала робкий шаг вперед. - Сид, я... Парень крутанул головой и фыркнул. - Черт возьми! Пес прибавил газу и, резко развернув байк, помчался по дороге. Мария провела его взглядом, чувствуя груз на сердце. «Боже, какая я же дура! Оскорбила человека и все из-за того, что не смогла сдержаться!» - мысленно корила себя девушка. В небе сверкнула молния, и Мария подняла взгляд к черному небу. Над головой послышался столь мощный удар грома, что казалось, словно рухнула огромная скала. Пасада содрогнулась и быстрым шагом направилась домой. Ей повезло, что оставалось миновать лишь несколько соседних домов. Неожиданно над головой девушка раздалось душераздирающие «Кар», и Мария лишь успела уклонится, чтобы ворон не влетел в нее. Птица пролетела мимо, а девушка со страхом нащупала что-то в волосах. - Перо? - Мария заворожено рассматривала черное перо, что переливалось от света уличного фонаря. Из этого состояния девушку вывел удар грома и начавшийся ливень. Дом семьи Пасада был уже буквально в нескольких шагах и Мария буквально вбежала в родные стены. - Девочка моя! Запыхавшиеся Мария оказалась в объятиях матери. Из кухни вышел мужчина в полицейской форме - ее отец. Рафаэль Пасада старался выглядеть бесстрастным, но в глазах была тревога. - Мария, где ты была? Почему не отвечала на звонки? - сдержанно спросил отец девушки. - Телефон разрядился, а автобусы уже не ходят. Простите, что заставила вас волноваться. Девушка чувствовала себя неловко, ей было стыдно до глубины души. - Ничего страшного, дорогая, - с улыбкой ответила Фрида Пасада. - Ты уже дома, и это хорошо, верно, Рафаэль? Мужчина вздохнул и покивал головой. - Да, любимая. «Похоже, был скандал, пока меня не было», - печально отметила Мария. - Мария! С верху лестницы, что вела на второй этаж дома, послышался громкий детский крик, а затем и явился сам источник шума, быстро перебирая ногами в топачках-кроликах. Елена Пасада в халате с кроличьими ушами плюхнулась на пол и с разбегу обняла свою старшую сестру. - Елена, почему ты не спишь? - Мария поглаживала младшую сестру по черным кудрям. - Не хотела, - просто ответила девочка. - Ну ладно, - Рафаэль снял куртку с вешалки и направился к двери. - Куда ты, дорогой? - Фрида удивленно вскинула брови. - На дороге в лесу, авария. Так что буду поздно, - устало промолвил полицейский. Рафаэль взглянул на самых дорогих людей в своей жизни, и на его хмуром лице появилась тень улыбки. - Спокойной ночи, любимые. - Спокойной ночи, папа, - в один голос ответили Мария и Елена. Когда дверь захлопнулась, младшая Пасада снова убежала на второй этаж. - Так, дорогуша, раздевайся, а то ты вся промокла, - по-матерински велела Фрида своей дочери, а затем скосила взгляд вниз. - Что у тебя с ногой? У Марии порозовели щеки, и она подняла свою ногу, колено которой было обмотано черным платком с костями. Девушка на минуту замялась, но, увидев по лицу матери, что она ожидает ответа, покраснела еще больше. - Я споткнулась и упала, - Пасада попыталась придать своему голосу уверенность, но вышло это плохо. - И решила перевязать рану платком, - Фрида приподняла одну бровь, недоверчиво взглянув на старшую дочь - Ну хорошо. Иди переоденься и прими теплый душ. - Да, мамочка, - с облегчением улыбнулась Мария и, поцеловав родительницу в щеку, направилась к себе. Когда дверь в комнату затворилась, девушка смогла облегченно выдохнуть. «Ух, вроде пронесло» Комната девушки была небольшая, но опрятная и уютная, с большим треугольным окном возле кровати. Мария Пасада любила чистоту и порядок, а ее комната была квинтэсенцией внутреннего мира девушки. Письменный стол, комод, шкаф и многочисленные книжные полки на стенах. Мария положила свою сумку на комод и присела на свою кровать. Черный платок слетел с колена, рана под ним оказалась не такой уж и страшной, лишь неглубокое рассечение кожи. Девушка приподняла платок на уровень своего лица, посмотрев, не осталось ли пятен крови. Глядя на эту ткань, девушка словно снова видела хозяина платка. Сид на прозвище «Пес» смотрел на нее серыми глазами, с легкой ухмылкой на устах, которые пересекал шрам. Мария встряхнула головой, прогоняя наваждение. «Он спас меня. Помог мне. Рисковал жизнью ради меня, а я его оскорбила. Принизила его жизненные идеалы. Мне нужно извиниться. « С этой мыслью девушка взяла мягкий халат и ночную рубашку, а затем прошла в душ. Теплая вода, падая на обнаженное тело, смывала усталость и стресс от беспокойного вечера. Мария полностью отдалась во власть расслабляющего тепла и мягких касаний струй. Дурные мысли уходили, а рассудок стал ясным. Девушка покинула душевую кабину, встав босыми ногами на мягкий белоснежный ковер и прошла по ванной комнате, остановившись напротив зеркала. Ее взгляд задержался на отражении собственного обнаженного тела. Стройная фигура молодой девушки, но с небольшим недостатком, по мнению самой Марии. «Все так же малы, и чего я ожидала?» - девушка подвела невидимые линии под своими грудями, что словно спелые сливы торчали вверх. Одним движением Мария повернулась, осматривая талию и бедра, убрав мокрые волосы с плеч. Накинула ночную рубашку цвета морской лазури и полностью завернулась в халат, чтобы уютное тепло никуда не исчезло, пока она дойдет до своей комнаты. Свет настольной лампы бросал тени на стены комнаты, а за окном бушевал буря. Девушка перечитывала роман, который полюбила с первой строки. «Испанская баллада», как нарекла ее писательница, повествовала о любви благородного разбойника Ревухио и молодой аристократки Пилар. Карие глаза скользили по строчкам, но, поднимая взгляд, мысленно девушка снова видела Сида. Сильный, храбрый, независимый, словно разбойник Рефухио, которого враги прозвали «Горный лев», Сид появился в момент, когда Марии угрожала опасность. «Быть может, Сид-это Ревухио, тогда Пилар - это я?» - с этой мыслью Мария захлопнула книгу, а ее щеки непроизвольно порозовели. Книга отправилась на свое законное место. «В мире такое бывает, что человек только появляется в жизни и сразу... любовь?» - Мария повернулась на другую сторону кровати. - «Нет. Любовь с первого взгляда не существует. Я его совсем не знаю, но это незнание затягивает. Сид-бунтарь, что выходит из рамок, но возможно ли мне с ним найти общий язык?» Мария взглянула на черный платок с костями и старый роман, что лежали на одном столике, как две противоположности. Свет лампы погас, и веки опустились. «Я узнаю. Завтра.» Мария Пасада уснула, окунувшись в романтические грезы, совсем не замечая одинокое черное перо, что лежало на поддоконике. СИД. - Идиот! Спидометр уже показывал сто десять километров в час, а разгневаный байкер продолжал накручивать обороты. Дорога вела вдоль побережья, и в свете уличных фонарей харлей мчался, словно убегая от бури, что накрыла весь город. «Кретин! Идиот! Идиот! Почему ты не мог держать язык за зубами?! Впервые в жизни встретил адекватную девушку, а в итоге все потерял!» - Сид скалился и сжимал руль до белых костяшек на кулаках. С неба рухнул бесконечным потоком ливень, что моментально превратил дорогу в реку. Мчащийся мотоцикл приближался к перекрестку, рассекая дождевой поток. Глаза юноши были направлены на дорогу, но мысли были заняты самоистязанием. Черные крылья появились перед Сидом, и в этот момент весь мир замер на мгновение. Риверс нажал на тормоза, и мотоцикл чуть не вылетел на обочину. Когда бешеный «железный конь» остановился у края дороги, ошарашенный Сид с трудом смог отпустить руль. Его стальные глаза поднялись к небу, и лицо залило дождевой водой. - Чертова ворона, - прохрипел юноша, видя, как в небе исчезает силуэт черной птицы. Гроза бушевала, а Сид Риверс лишь смотрел как в небе неестественными зигзагами скачут молнии. «А если бы я не успел среагировать, то наверняка разбился на такой-то скорости. А если бы я тогда проехал мимо, то Мария, наверняка погибла», - губы Сида растянулись в широкую улыбку, что больше напоминала волчий оскал. - Черт, какой же странный случай, - осипшим голосом выдавил Сид словно обращаясь к бушующим небесам. Окончательно придя в себя, Риверс склонился к своему мотоциклу и снова включил зажигание. Харлей взревел за считанные секунды. Дикий ветер трепал одинокое перо, что застряло между элементами руля, а Сид крепко и уверенно повел мотоцикл по дороге, плавно набирая скорость. «Все, накатался на сегодня. Пора домой.» Сид Риверс проехал очередную улицу, сбавил скорость, не обращая внимания на то, что уже промок до нитки. Взглянув на дорожный знак, где было написано «Улица Сент-Оливер», Сид ухмыльнулся, вспомнив новую знакомую по имени Мария Пасада. «Забавно, что мы с Мышонком живем на одной улице.» Дом семьи Риверсов встретил своего старшего сына полным отсутствием света во всех окнах. Сид завел свой мотоцикл в гараж, стараясь создавать как можно меньше шума. «Надеюсь, все уснули», - юноша протяжно зевн