— Не спеши с выводами.
Синдзо посмотрел ему прямо в глаза.
В тот миг Масато почувствовал, как воздух стал тяжёлым.
Как будто всё пространство вокруг них сжалось.
Глаза шинигами мерцали холодным светом, и он явно пытался “прочитать” духовную структуру Масато.
Но едва их взгляды пересеклись — внутри что-то щёлкнуло.
Глаза Масато вспыхнули.
На миг он увидел самого Синдзо — не просто как человека, а как поток света: внутри него бурлили сотни тонких нитей энергии, каждая пульсировала своей силой.
Он видел прошлое шинигами, его боль, усталость, даже… отголосок чьей-то потери.
— Э-э… — Масато моргнул, ошарашенно отводя взгляд. — Ого. У вас внутри как будто тысяча свечей горит. Прямо… душевно.
— Что ты сказал? — Синдзо насторожился.
— Ничего! Просто… комплимент вашей… духовности!
Синдзо замер, нахмурившись.
— Масато… Что с твоими глазами?
— Глаза? — он моргнул, делая вид, что ничего не понял. — Ну, как обычно: два, чуть разные по размеру, но симметрия — понятие относительное.
— Они светятся.
— Это отражение вашей ауры! Очень сильной, между прочим!
— Они светились до того, как я полноценно вошёл.
Масато покрылся холодным потом.
— Да? Ну, знаете, это… новая диета. Меньше сна, больше кофеина и духовного кризиса.
Коуки взвизгнула, будто поддерживая его ложь.
Синдзо, однако, не купился.
Он достал небольшой амулет — тонкий кристалл на цепочке.
— Это реагирует на необычные типы реяцу. Позволь проверить.
— Конечно! — сказал Масато и тут же сунул амулет Коуки в лапы. — Держи, это тебе!
Амулет мигнул.
Один раз.
Потом второй.
А потом вспыхнул так ярко, что шинигами едва не выронил его.
— Что за…
— Наверное, бракованный! — вскрикнул Масато. — В Руконгае таких подделок полно!
— Он реагирует только на древние или нестабильные типы духовной силы.
— А-а-а… ну… может, у меня аллергия?
Шинигами нахмурился.
— Аллергия на духовную энергию?
— Бывает! Очень редкий случай. Лечится смехом и самоуважением.
Синдзо закрыл глаза, глубоко вдохнул.
— Ладно. Считай, я ничего не видел. Но если ещё хоть один всплеск — я лично доложу капитану Укихару.
— Конечно, конечно! Всё под контролем!
— Я серьёзно, Масато. То, что происходит с твоими глазами, может быть опасно. Не только для тебя.
Шинигами развернулся и направился к выходу.
Перед уходом он остановился у двери.
— И всё же… — сказал он тихо. — Если однажды почувствуешь, что не можешь контролировать это — найди меня. Пока не стало поздно.
Дверь захлопнулась.
Масато остался стоять посреди комнаты, чувствуя, как сердце бьётся в груди, будто пытается выбить азбуку Морзе.
Коуки тихо спрыгнула на стол и посмотрела на него.
— Ки?
— Да, я тоже почувствовал. Он не просто так пришёл. Он чувствовал, что я стал другим.
Он подошёл к зеркалу.
Глаза снова чуть светились — не ярко, но достаточно, чтобы он увидел в них отблеск той же самой загадочной энергии.
Он наклонился ближе.
— Что вы такое, а? — прошептал он. — Почему вы выбрали именно меня?
Коуки чихнула.
Масато моргнул, улыбнулся и, как ни в чём не бывало, сказал:
— Хотя, может, всё проще. Может, Вселенная просто хотела, чтобы кто-то с моим лицом наконец выглядел умно.
Он взял блокнот и сделал новую запись:
>«Наблюдение № 40: шинигами замечают изменения. Амулеты вспыхивают.
Вероятность разоблачения: 97 %.
План действий: отрицать всё до последнего. В случае провала — прикинуться мебелью.»
Он щёлкнул пальцами, вызывая маленький светящийся шарик — аккуратный, ровный, почти идеальный.
Тот мягко завис в воздухе.
— Видишь, Коуки? Всё под контролем.
Шар мгновенно лопнул.
— Почти.
Коуки издала короткое, обречённое «ки».
А Масато, глядя на медленно гаснущие искры, усмехнулся: