«Зачем вообще придумали экзамены на открытом воздухе?» — мысленно рассуждал он. — «Можно же было просто решить письменный тест… или заварить чай. Я бы, честное слово, выжил в чайном бою. Я даже умею дышать спокойно, если рядом кипяток, а не монстр!»
Он попытался сосредоточиться на дыхании, как учили на медитации, но каждый вдох превращался в нервное икание. Воздух пах чем-то свежим — смесью росы, травы и полировки деревянных мечей. Этот запах обычно успокаивал, но сегодня действовал на нервы. Всё казалось слишком реальным. Слишком… живым.
Из тени зданий начали выходить другие студенты. Некоторые выглядели вдохновлёнными, словно вот-вот совершат подвиг, другие — сконцентрированными и серьёзными. Масато же выглядел так, будто идёт не на экзамен, а на казнь.
— Эй, Масато! — крикнул знакомый голос. — Опять мрачнеешь?
Он повернулся. Саэ Амацука, его сокурсница, стояла, опершись на меч, и улыбалась до ушей. У неё всегда была эта улыбка — сияющая, громкая, дерзкая. Как будто она родилась, чтобы раздражать тех, кто боится всего на свете.
— Я не мрачнею, — возразил он, глядя в землю. — Я… готовлюсь морально.
— К чему?
— К гибели.
Саэ рассмеялась. Рядом стоял Рё Хидэми, тихий парень с вечно усталым взглядом и аккуратно уложенными волосами. Он молча поправил очки и заметил:
— Если ты собираешься умереть, Масато, хотя бы постарайся умереть с пользой. Например, напугай пустого своей паникой.
Масато мрачно посмотрел на него:
— Очень смешно. Я вообще-то планировал выжить. Хотя бы до обеда.
На помосте перед студентами появился инструктор — высокий мужчина с тенью усталости под глазами и голосом, в котором слышалось «я уже видел сотни таких, как вы».
— Сегодня, — начал он, — вы пройдёте практическое испытание. Цель — зачистить тренировочный лес от слабых духовных существ. Используйте свои знания по кидо и действуйте в командах. Помните: дисциплина и взаимодействие важнее показного героизма.
При слове «духовные существа» Масато почувствовал, как у него по спине пробежала дрожь. Он даже не слушал остальное — внутренний голос уже закричал:
Лес? Пустые? Конечно, почему бы и нет! Почему бы просто не бросить нас в Преисподнюю сразу?!
Инструктор что-то ещё добавил про безопасность, но Масато услышал лишь слово «проверка на выживание» и мысленно попрощался с жизнью.
Когда отряды начали формироваться, Саэ радостно хлопнула его по плечу:
— Мы с тобой и Рё в одной группе!
— Прекрасно, — вздохнул Масато. — Если я погибну, то хотя бы рядом будут свидетели.
Они двинулись к лесу — тройка студентов и одна обезьянка, которая, как ни странно, выглядела самым спокойным членом команды.
Путь занимал всего несколько минут, но для Масато это был целый час внутреннего ужаса. Каждый шаг отдавался эхом в голове.
А вдруг там не слабые? Вдруг это ловушка для сокращения числа студентов? Это ведь гениально — все думают, что экзамен, а на деле… чистка! Лес полон пустых, и только лучшие выживут!
Он представил, как инструктор записывает в журнал: «Масато Шинджи — погиб в панике».
Даже эпитафию будет стыдно написать, — подумал он. — ‘Он умер, потому что слишком боялся умереть’. Замкнутый круг, вот что это.
Впереди показалась зелёная стена деревьев. Лес Академии — место, где проводили практику старшие курсы. Днём он выглядел спокойно: высокие стволы, мягкий мох под ногами, воздух пах хвоей и солнцем. Но стоило войти — и всё менялось. Свет гас, тени сгущались, а звуки словно тонули в глухом дыхании ветра.
Шинджи почувствовал, как поджилки дрожат. Он поймал себя на мысли, что считает шаги. Раз, два, три, четыре… Если считать, то страшно чуть меньше. Хотя бы кажется, что контролируешь хаос.
Саэ оглянулась:
— Не отставай!
— Я не отстаю, я просто проверяю почву, — буркнул он. — Вдруг здесь трещины. Или ямы. Или ад.
Коуки тихо взвизгнула, перепрыгивая с его плеча на ветку.
Рё осмотрелся и кивнул:
— Энергия здесь нестабильна. Похоже, недавно проводили очистку. Но остатки духовной материи ещё остались.
Масато покосился на него.
— Переведи: это значит, что кто-то всё-таки может нас сожрать?
— Теоретически, да.
— Отлично. Теория, практика… как будто я на лекции по собственной гибели.
Он глубоко вдохнул, чувствуя, как воздух давит на грудь. Казалось, даже дыхание становится тяжелее, когда рядом невидимо шевелится духовная энергия.