Он чуть повернул голову, и Масато понял, что существо их рассматривает.
Не глазами — чем-то другим.
Саэ шагнула вперёд.
— Осторожно. Это не тренировочная иллюзия. Реальный экземпляр.
Голос её дрогнул, хоть она и пыталась казаться уверенной.
Рё поднял руку, концентрируя духовную энергию.
— Я накрою его Гэки. Масато, прикрой нас, если…
— Если что? — выпалил тот. — Если оно решит перекусить мной между заклинаниями?
— Если оно двинется, — спокойно ответил Рё.
Всё происходило медленно, слишком медленно — будто само время стало вязким.
Каждый звук был громче обычного: потрескивание ветки под ногой, шорох ткани, тихое биение сердца.
Пустой двинулся.
Не рывком, а плавно — с той ужасающей уверенностью, с какой движется хищник, знающий, что добыча всё равно не уйдёт.
Масато хотел сделать шаг назад, но ноги не слушались.
Он чувствовал, как пот холодными ручьями стекает по спине.
Почему я не могу бежать?.. Почему всегда, когда надо бежать, тело решает подумать о философии?!
Саэ выкрикнула заклинание:
— Хадо № 31 — Шаккахо!
Красный шар вспыхнул в её ладони и полетел вперёд.
Свет ударил по маске Пустого — вспышка, дым, запах жжёной плоти.
Но тварь не отступила. Она лишь отшатнулась, взревев так, что воздух завибрировал.
И в тот же миг ринулась вперёд.
— Рё! — закричала Саэ.
— Бакудо № 9 — Гэки!
Красные линии заклинания вспыхнули в воздухе, переплетаясь, но Пустой прорвал их, как паутину. Вспышка — и Рё отлетел в сторону, ударившись о ствол дерева.
— Рё! — вскрикнула Саэ.
Масато стоял, не двигаясь, словно все звуки проходили сквозь него.
Мир вокруг сжался до одного образа — Пустого, приближающегося шаг за шагом.
Он чувствовал, как его дыхание превращается в судорожное хрипение.
Руки дрожали.
Меч в ладони казался чужим, тяжёлым, ледяным.
Всё тело кричало: «Беги!»
Но что-то внутри шептало: «Смотри».
Он поднял взгляд — и увидел.
Не самими глазами, а будто другим чувством.
Потоки энергии, тонкие нити, струящиеся в воздухе. Движения Пустого, предсказанные заранее, как следы в песке до того, как нога их коснулась.
Мир вдруг стал медленным, понятным, почти прозрачным.
Что… это? — промелькнула мысль. — Это страх? Или… наоборот?
Он видел, как когти Пустого поднимаются.
Видел, как Саэ делает шаг в сторону, чтобы прикрыть Рё.
Видел, как Коуки сжимает его плечо.
И в этом мелькании будущего почувствовал что-то вроде щелчка — будто замок открылся.
— Назад! — выкрикнул он. — Оба! Сейчас!
Саэ и Рё, не задавая вопросов, послушались.
Пустой ринулся вперёд, когти пронеслись по воздуху, рассекая место, где секунду назад стояли они. Воздух загудел, словно жалуясь.
Масато инстинктивно выставил руки.
Он не думал. Не вспоминал формулы. Просто… говорил.
— Бакудо № 26 — Кёкко!
Воздух дрогнул, свет исказился.
Мир стал мутным, словно пространство покрылось пленкой воды.
Они исчезли из виду Пустого.
Шинджи тяжело дышал.
Получилось?.. Серьёзно?.. Я не умер? Нет, подожди, может, я умер, а просто ещё не понял?
Он слышал, как где-то рядом Саэ шепчет:
— Это… ты сейчас сделал?
— Похоже… — выдохнул он. — Или это просто галлюцинация от паники.
Тварь рыскала взглядом по сторонам, не видя их. Масато ощущал каждое её движение, как дрожь в воздухе.
Всё его тело было на пределе. Он чувствовал мир слишком ясно — каждую вибрацию, каждый вдох.
Что со мной происходит?.. Почему я вижу всё наперёд?.. Это ведь невозможно…
Но внутри, за страхом, за адреналином, пробивалось странное чувство уверенности.
Будто его страх стал компасом, указывающим путь.
Пустой снова зарычал, и звук этого рыка заставил листья дрожать.
Он взмахнул когтями — в воздухе разошлась волна энергии. Заклинание маскировки дрогнуло.
Масато понял: они не смогут долго скрываться.
Он взглянул на Саэ. Та, стискивая меч, кивнула.
— Если не атакуем — он найдёт нас сам.
Он сглотнул.
— Значит… атакуем. Прекрасно. Просто замечательно.