Хирако, выслушав доклад, кивнул и обвёл взглядом зал, который в тот момент был почти пуст — Хиори, Кенсей и Маширо ушли по своим делам, Лав что-то изучал в дальнем углу, а Роджуро пропадал где-то на «кухне».
— Ладно, разомнём кости, — сказал он, потягиваясь. — Масато, собирайся. Поехали.
Фраза была брошена так же небрежно, как если бы он предложил сходить за хлебом. Масато замер на секунду, откладывая тряпку, которой вытирал пыль со стола.
«Со мной? На вылазку? Не как наблюдателя, а… на работу?»
Он кивнул, не задавая вопросов, и пошёл к своему углу. Оружия у него не было — Хоко, его дзампакто, был потерян, а может, уничтожен ещё во время трансформации в Сейрейтее. Он просто надел поверх футболки тёмную куртку, доставшуюся ему из общих запасов, и вышел следом за Хирако в прохладный, предвечерний воздух.
Дорогу до элеваторов они преодолели пешком, двигаясь не спеша, по безлюдным промзонам и пустырям. Хирако шёл впереди, засунув руки в карманы пальто, иногда насвистывая какую-то бесхитростную мелодию. Он не читал лекций, не давал инструкций. Это была не тренировка. Это была просто дорога. Масато шёл следом, ощущая под ногами неровную землю, покрытую щебнем и жёсткой пожухлой травой, и слушая далёкие звуки города — гудки поездов, рёв грузовиков где-то на трассе. Воздух пах пылью, дизельным выхлопом и осенней сыростью.
Элеваторы представляли собой несколько огромных, ржавых цилиндрических башен, соединённых лентами полуразрушенных транспортеров. Место было мрачным, заброшенным и идеальным для заселения слабыми духами, тянущимися к остаткам человеческого страха и одиночества. Уже на подходах Масато почувствовал знакомое, тошнотворное давление — не сильное, но рассредоточенное, исходящее из нескольких точек сразу. Это были действительно слабые пустые, едва ли не простейшие, но их было штук пять или шесть.
Хирако остановился у края асфальтовой площадки перед башнями, осмотрелся.
— Ну что, мы красавцы, Масато — пробормотал он. — Стандартная схема. Я зайду слева, ты — справа, соберём их в центр и прихлопнем. Никаких фокусов. Просто работа. — Он посмотрел на Масато. — Справишься?
Вопрос не был проверкой силы. Он был проверкой понимания. Масато кивнул. Справится. Со слабыми пустыми он справлялся и до всего этого кошмара, ещё в Рукногае.
Они разошлись. Масато обоёл правую башню. Давление пустых стало ближе, ощутимее. Он увидел их — три бесформенных, пульсирующих сгустка тьмы с белыми масками, копошащихся у основания элеватора, будто что-то выискивая в мусоре. Они его не заметили.
И тут начались проблемы. Не с силой. С решением. С ритмом.
Масато замер, оценивая ситуацию. Его аналитический ум, его Глаза Истины, даже в подавленном состоянии, автоматически начали просчитывать варианты: угол атаки, возможные пути отступления пустых, их реакцию. Он привык действовать так — взвешенно, осторожно, с минимизацией рисков. Но здесь, в этой ситуации, эта осторожность стала помехой. Пока он оценивал, один из пустых, почуяв что-то, поднял свою бесформенную «голову» и издал шипящий звук.
С левой стороны послышался резкий, отрывистый звук — не крик, а что-то вроде щелчка. Хирако уже начал действовать. Масато понял, что запаздывает. Он рванулся вперёд, пытаясь скомпенсировать задержку, но его движение было слишком прямолинейным, слишком предсказуемым. Он направил ладонь, пытаясь сконцентрировать реяцу для простого духовного удара, но концентрация давалась с трудом — не из-за слабости, а из-за внутреннего барьера, страха непроизвольно вызвать не то.
Его удар ударил по воздуху рядом с пустым, лишь слегка отбросив его. Два других с шипением развернулись к нему. Их атаки были примитивными — выбросы сгустков духовной слизи, но их было несколько, и они летели с разных сторон. Масато, вместо того чтобы парировать или увернуться, инстинктивно отпрыгнул назад, пытаясь выиграть время для нового замаха. Он снова ошибся в ритме — его отскок пришёлся как раз на момент, когда один из сгустков должен был пролететь мимо, и тот задел его по плечу, обжигая кожу холодным, липким огнём.
Боль была несильной, но она ещё больше сбила его с толку. Он увидел, как из-за угла башни вылетел Хирако. Тот двигался не с феерической скоростью капитана, а с экономичной, почти ленивой эффективностью. Он почти не использовал свой дзампакто, даже не использовал Шикай. Он просто делал лёгкие, точные движения рукой, размахивая своим клинком в воздухе. Всего за несколько взмахов, он разрубил двух пустых. Он работал чисто, без усилий, как опытный мясник, разделывающий тушу.