- Больно не будет, - тихо сказал он, и я поверила, ослабляя хватку и пропуская его руку к заветному месту.
Его пальцы на той самой точке – он активно тер, давил, слегка сжимал. Мое тело начинало реагировать – становилось невыносимо душно, липко и горячо. Дыхание сбивалось, вырывалось рваными выдохами, всхлипами, стонами. Я дрожала, была натянута, как тетива, завязана в тугой узел. В мгновение меня затрясло, внутри все сжимается болезненными спазмами, пульсирует, переплетаясь с наслаждением. Разгоняет кровь и волны эйфории. Замычала в его руку, вовремя прижатую ко рту. Меня разрывало на части от накативших чувств, воздуха не хватало. Я не знаю, сколько мы так просидели в обнимку. Сладостные волны стали стихать, постепенно сходить на нет, возвращая в реальность. Находится здесь, в его объятиях, казалось таким естественным и правильным. Затем он помогал мне одеваться, приглаживал волосы, не спуская голубых глаз с моего лица. Я попросила его подождать, пока я выйду первая. Не хотела, что бы нас увидел кто – то вместе, выходящими из раздевалки. Боялась, что могут рассказать Лопухину, а как он отреагирует, понятия не имела. Возникло невыносимое желание сбежать. Но я не решалась.
После этого вечера я стала игнорировать Андрея в институте, не смотреть в его сторону. Зато вечерами и ночами я воссоздавала все то, что мы делали в раздевалке. Я мечтала, что мы начали встречаться, со временем поженились, создали семью с кучей детишек… И я плакала в подушку, а потом засыпала, измученная мыслями. Он словно дал мне сил, подзарядил меня, поделился своей энергией… В начале января я стала Лопухиной Александрой Сергеевной. Потом меня постиг еще один удар – Самсонов досрочно сдал все экзамены, получил диплом и уехал в Америку. Он исчез из моей жизни, но воспоминания о нем жили во мне, воссоздавая все до мельчайших подробностей.
Глава 6
Наше время
Боялась повернуться, дрожа как осина. Я не слышала шагов – только жар от его тела, запах хвои, окутавший меня. Совсем, как тогда…
- Зачем ты сюда пришла – тихо спросил он, не делая попыток дотронуться до меня.
- Не знаю… - честно призналась я; поддалась воспоминаниям, которые подавляла в себе много лет.
Повернулась к нему, отходя на пару шагов. Жадно всматривалась в его лицо, ставшее таким родным в моих девичьих мечтах. Он был красив. Невероятно хорош собой, словно модель, сошедшая со страниц глянцевого журнала. С аристократическими чертами лица. Его с легкостью можно было бы принять за совсем молодого парня, если б не глаза… Они смотрели внимательно, изучающе, цепко, не упуская ни единой детали. В их глубине ртутью плескалось знания, опыт, понимание и принятие жизни без прикрас. Взгляд выдавал, что он многое повидал на своем пути. Светлые волосы стрижены коротко, на армейский манер. Темные брови, темные ресницы, обрамляющие голубые глаза. Ровный, идеальной формы нос. И губы… красиво очерченные, манящие, обещающие безграничное и порочное удовольствие. Волевой подбородок чисто выбрит. Мужчина был чертовски высок. Мне пришлось поднять голову, чтобы смотреть в его глаза. Плечи - широкие, а в руках чувствовалась сталь. Он не был качком, но, уверена, в его мышцах – недюжинная сила. Черный классический костюм идеально сидел на его фигуре. Светлая рубашка застегнута на все пуговицы, под горло. Без галстука. Невероятный мужчина.
Интуиция подсказывала, что мне нужно держаться от него подальше. Возможно, это из – за того, что со временем я стала боятся абсолютно всех мужчин. Атрофировалась как женщина. Была ли я вообще когда - нибудь женщиной, желанной и любимой, строптивой и непредсказуемой?..
- У тебя все еще взгляд той 18 – летней девочки… - хрипловато сказал Андрей, внимательно сканируя меня, будто ощупывая не только тело, но и душу.
Хотелось поежиться и скрыться от него. В особенности, от его глаз, переливающихся ртутью. Я и есть та 18 – летняя девушка, так и не решившаяся отвоевать себе свободу. Запершаяся в аду и обрекшая себя на выживание. И еще две жизни.