Обожала кулинарию, особенно кондитерство. Моя работа была связана именно с этими специальностями. Да, родители впихнули меня в экономический институт, но, когда их не стало, я получила только корочку бакалавра и забрала оттуда документы. Восстановилась в институте пищевых технологий, что был в соседнем городе, в который подала документы еще в 18 лет. Сейчас я работаю в торгово – кулинарном училище, на производстве, в столовой при этом же учебном заведении. Три раза в неделю провожу практические занятия для студентов. И вела некоторые спец предметы в училище. Хваталась за все, что бы заработать лишнюю копейку. Лопухин приносил деньги не стабильно, часть якобы вкладывал в свой призрачный бизнес.
Сколько же гадостей я выслушала в свой адрес от Софьи Мироновны - мол, позорю их семью. Видно, что я из холопского рода, раз уж такая тяга во мне – работать прислугой и ложкомойкой. Но я была непреклонна, мысленно выстроив себе кирпичную стену и отгородившись ею от брюзжания аристократки. Это стало вторым моим правильным решением.
Тортов мне пришлось испечь целых пять штук. Женька понесла и на работу, и своим бывшим свекровям. Праздник устроила в тесном кругу – пригласила меня с детьми. А на выходных она отправила меня в свой салон красоты. Ее последний муж был довольно обеспеченным человеком и предприимчивая подруга попросила себе небольшой бизнес. Крохотная парикмахерская с десятком услуг на углу соседнего дома быстро преобразилась в уютный салон. Бизнес приносил неплохой доход. Женя хотела вскоре расширяться.
Вышла я из салона совершенно другим человеком. С хорошим настроением, с уверенностью в своей привлекательности. Дышалось свободнее. Будто я разорвала путы, крепко державшие меня ранее. Мне немного подстригли волосы, покрасили в карамельный оттенок. Цвет мне подходил, делал глаза выразительнее и ярче. Легкий макияж освежал. Бонусом была куча процедур – массаж на всем теле, маникюр – педикюр, маски для лица и рук. В общем, я ощущала себя королевой и не верила собственному отражению в зеркале.
Дни медленно сменяли друг друга, наполненные счастьем и уютом. Жекины подруги стали просить мой номер телефона. Они хотели, что бы я пекла им торты на те или иные мероприятия, нахваливали меня. Так у меня появились первые заказы, приносившие хорошие деньги. Первым же делом, я и малыши отправились в магазины одежды и игрушек. Я могла позволить себе такие траты. Смотря на их счастливые личики, я тоже ощущала подъем и умиротворение. Впервые за столько лет. За папу они спрашивали, но реже, чем я думала. Меня расстраивало то, что я не смогла построить полноценную семью. Но лучше так, чем такой отец – совершенно не интересующийся жизнью своих детей. Мне нужно было забрать часть вещей, оставшихся в квартире мужа. Но я не могла вернуться туда. Та квартира была моей клеткой многие годы. Казалось, что та жизнь и те события происходили не со мной. Все было как в тумане.
Глава 8
Отведя детей в сад, я спешила вернуться к бабуле – у меня были заказы. Три торта и два десятка капкейков. Кое – какие продукты нужно было докупить, как и декор. Мысленно я уже составляла список, что можно приобрести в ближайших магазинах, а еще часть – лучше заказать в интернете.
- Вы только посмотрите на нее! Идет, светится. Без забот. И будто не замужняя, - услышала я скрипучий голос, пропитанный презрением и злобой.
Чертыхнулась от неожиданности. Повернулась, рассматривая высокую статную женщину в длинной шубе, в меховой шапке. Черные, как смоль, волосы обрамляли лицо с правильными чертами, со следами былой красоты. Ее не портили даже опущенные уголки губ из – за вечного недовольства. И глаза, немного прищуренные, смотрящие на всех надменно. Софья Мироновона реально выглядела словно барыня, сошедшая со старинных картин. Властная женщина, привыкшая ломать и подчинять.
- Позор нашей семьи! – продолжила она, надвигаясь на меня. – Я всегда была против неравного брака. Мой сын достоин самого лучшего! А ты таковой никогда не была. Без роду и племени…