Глава 14
Дети восхищались машиной, наперебой расспрашивали Андрея, вышедшего из подъезда с видом лощенного аристократа. Мужчина отвечал на вопросы детей спокойно, без раздражения. Лопухин же всегда начинал нервничать и отсылать детей ко мне. Мишка и Даша тянулись к Андрею, сыпля на него вопросами как из рога изобилия. Даже мое замечание не особо подействовало – Андрей за рулем, но я уверена, у него все было под контролем. Затем малыши окончательно почувствовали себя раскованно. Мишка шлепнул Дарью по рукам.
- Миша! – строго сказала я. – Девочек нельзя обижать. Попроси прощения и больше не обижай сестру.
- Почему?! Папа же тебя обижал, - мальчуган надул губы и демонстративно отвернулся от сестры. Даша воинственно задрала подбородок.
- Я могу дать сдачи, мама, - заявила она.
- Почему нельзя бить девочек? Они же дерутся! – насуплено задышал Миша. – Папа тебя тоже ударил. Мы видели.
Кровь отхлынула от лица. Интуитивно почувствовала тяжелый взгляд Самсонова. Губы пересохли. Всегда старалась, чтобы дети не слышали ту грязь, что выливал на меня Лопухин и его мамаша. Уходила от конфликтов, часто уступая. Все, ради того, что бы дети росли в относительно здоровой атмосфере. Но я не уберегла их. Захотелось с силой пнуть Лопухина в лицо. За то, что он такой эгоист и самовлюбленный мудак.
- Девочки слабее, - проговорила я; в висках ощутимо звенело, воздуха не хватало катастрофически. Хотелось провалится сквозь землю от стыда.
- Мальчик создан для того, что бы защищать, - проговорил Самсонов. – Мужчина должен брать на себя ответственность. Начинать с малого – защищать сестру. Девочки действительно слабее. Их нужно оберегать.
- Я больше так не буду. Прости, Даша, - опустив голову, проговорил Мишка. Даша чмокнула его в щеку.
Сердце сжалось от нахлынувших эмоций. Я лишь протянула руку, потрепав сына по прилично отросшим светлым волосикам. Подъехав к дому бабули, дети потащили Андрея к нам в гости. Он не отказал и даже согласился на ужин. Бабуля суетилась, разогревая еду и накрывая на стол. Дети залазили на руки и колени мужчины, все время кружили около него. Он время от времени поглядывал в мою сторону – я понимала, разговора не избежать. Но я старалась не пересекаться с ним взглядом, занятая работой с мастикой.
То, с каким аппетитом он поглощал еду и в каких количествах, удивило меня и умилило бабушку. Лопухин был тоже крупным, но ел меньше. Исподтишка разглядывала мужчину, лепя розы для декора. Он был красивым. Уверена, под его пиджаком – невероятное тело, тренированное, переплетенное стальными мышцами и имеющее рельеф. Он выглядел ухоженным и лощенным, но его взгляд – тяжелый, прибивающий к земле. Цепкий и колючий. Проницательный. Будто он видел в своей жизни то, что не предназначено для большинства. Нечто, что напрочь меняет мировоззрение. Поймала себя на мысли, что хочу переспать с ним. Даже если после этого мы вновь разлучимся на долгие годы. Наверное, я любила его. Всегда. С того самого раза, когда, сидя в спортзале, была запуганной и запутавшейся девчонкой. Посмотрела на него как на мужчину. Как на своего первого потенциального любовника.
Самсонов смотрел на меня. И, кажется, читал ход моих мыслей. Его взгляд стал тяжелым, многообещающим, потемнел – глаза цвета ртути плавили меня. К моему лицу прилил жар. Дыхание сбилось. Я была поймана с поличным. Непослушные пальцы чудом разминали мастику, вылепляя тонкие лепестки, соединяя их в цветы разного цвета – красные, бордовые, белые и розовые. Когда Самсонов ушел, мне стало грустно . Моя душа и тело тянулись к нему. На работе были мужчины – коллеги, которые оказывали знаки внимания, но они меня больше настораживали и отпугивали. С Андреем было все по - другому.
Дни снова потянулись вереницей друг за другом. Со стороны Лопухиных было полное молчание. Но мне было неспокойно. Уверена – это затишье перед бурей. Сегодня был выходной, но у меня собралось много заказов на торты детские. Дети и бабуля гостевали у соседки на пятом, а я оставалась в гордом одиночестве, увлеченная работой и очередным долгоиграющим сериалом. Время от времени делала себе небольшой перерыв на чай с мятой. Первый заказчик заедет только через три часа. А Женя сегодня вечером приглашала к себе в гости. Она закончила с обустройством нового помещения салона, и хотела отпраздновать это. Подруга снова была в поисках обеспеченного ухажера. Она призналась, что у нее есть состоятельный и достаточно щедрый любовник, но ей, увы, этого мало. Я не осуждала подругу. Каждый сам выбирает себе путь и следует по нему. Закрыла глаза, пригубив очередную порцию чая – ароматного, теплого и тонизирующего. Откусила кусочек шифонового бисквита с прослойкой нового крема. Раздался настойчивый звонок в дверь. Подскочила от неожиданности, взволнованно сверилась с часами – еще слишком рано для заказчика. Сердце пропустило удар. Это может быть Лопухин. Крадучись, как вор, подошла к двери, аккуратно заглянув в глазок. На пороге стоял Самсонов. как всегда, в идеально отглаженной рубашке и костюме. Открыла двери.