- Спасибо, Влад, - произнес Андрей над головой.
- Пожалуйста, - хмыкнул мой спаситель. – И сделай одолжение, друг. Не звони мне больше.
- Не буду, - усмехнулся Андрей.
Через несколько минут наступила тишина – все уехали, дорога опустела. А мы продолжали стоять на обочине, обнимая друг друга.
- Испугалась, девочка, - Андрей взял меня своими шероховатыми пальцами за подбородок, осматривал; это был не вопрос – констатация факта, но я все равно кивнула, сбивчиво рассказывая, что произошло и о чем говорили те типы. На лице Самсонова заходили жевалки, крылья носа затрепетали.
- Я все улажу, малышка. Раз и навсегда, - поджав губы, сказал он.
- Это ты побил его? Лопухина? – спросила я, заглядывая в глаза любимого.
- Нет, - невозмутимо ответил Андрей, но я интуитивно чувствовала, что он причастен к этому. Конечно, он не скажет мне правды. Честно, я и не хотела ее знать. И я верю, что он решит мои проблемы, в том числе и с разводом.
- Похоже, этот твой друг, Влад, положительный персонаж… - пролепетала я, повиснув на Андрее, когда он начал продвигаться к машине.
- Положительный, - усмехнулся Андрей. – Ледновский - влиятельный. И он был должен мне. Позвонила твоя бабушка. Соседки видели, как двое вывели тебя из подъезда и запихнули в машину. Клавдия Ивановна позвонила мне. Я был в соседнем городе. Выехал сразу же, позвонив Ледновскому – я знал, он в нашем городе по работе.
Мы сели в машину, мягко тронулись. Позвонила бабуле. В городе Андрей повез меня в частную клинику, где я сдала все анализы, прошла обследование, не смотря на мои протесты. Мне прописали витамины и лечение – выявили сотрясение мозга. Позже мы ужинали и долго разговаривали с Андреем на кухне, затем перебрались в одну из комнат – бабуля предусмотрительно ушла к внукам. На руках Андрея я заснула, отключилась от пережитого, хотя старалась держаться до последнего.
Через неделю Андрей принес мне бумаги – свидетельство о разводе с Лопухиным, отцовские документы. Завещание родителей. Оказывается, в случае развода со мной, Лопухин обязан отдать мне шестьдесят процентов своего бизнеса, выплатить крупную денежную компенсацию. Нажитая в браке недвижимость, без деления, отходила детям. В общем, там был целый перечень условий для расторжения брака. Мои родители желали мне лучшего, старались обеспечить, предусмотрев разное развитие событий. Но именно их контракт стал тем камнем с веревкой, что едва не утопил меня и моих детей. Лопухину грозил срок за мошенничество в особо крупных размерах. Со мной пыталась связаться его мать, но Андрей переговорил с ней лично наедине. Больше семейство Лопухиных меня не доставало. Похоже, моя жизнь начинала приобретать правильное русло. Отношения Андрея с Женькой были учтиво прохладными. Отчего – то, они не особо жаловали друг друга. И оба отмалчивались на мои вопросы и попытки примерить их.
Летом мы собирались переехать в квартиру Андрея. Бабуля собиралась продать свою двушку и купить с моей помощью однушку в этом же доме, где жил Андрей. У Самсонова была пятикомнатная квартира в новых районах. Малыши не могли дождаться этого события. На работе я полностью перевелась на ставку преподавателя спец дисциплин по кулинарии. У меня стало больше свободного времени. Я засыпала и просыпалась рядом с любимым мужчиной. Все остальное – стерлось из памяти, словно происходило не со мной, а совсем с другой женщиной. Я была счастлива.
Бонус 1
Андрей Самсонов
Пригубил коньяк, бездумно пялясь на полуголых танцовщиц. Обычно мне нравилось на них смотреть. Но сейчас в голове засел образ Александры. У нее взгляд той же 18 – летней девчонки, что отчаянно хотела соблазнить меня. Невероятная. Кроткая, хрупкая. Нежная. Таких женщин мало. Она зацепила меня еще тогда, в студенческие годы. Помню все детали, будто это было вчера. Невероятная. Она будоражит мою очерствевшую душу, возрождая нечто давно забытое. Хочу ее. В ней дремлет страсть. Похоже, она даже не подозревает об этом.