Я нервно мерила шагами дорожку от здания администрации до ближайшей лавочки, полностью погруженная в свои раздумья. Кто - то резко ухватил меня за руку, впившись в кожу. Сильно потянув вперед, под покров деревьев и кустов.
- Что за... - я охнула от того, что меня впечатали в бетонную стену, обдавшую колючим холодом.
- Тс-с-с... - шикнули на меня, и я увидела лицо Краснянского - немного осунувшееся, с неестественно расширенными зрачками и искривленными губами в подобии ухмылки.
- Ты под кайфом, - строго сказала я, медленно делая вдох - выдох, чтобы не поддаваться подступающей к горлу панике.
- Я всегда под кайфом, киска, — неприятно захихикал одногруппник.
Его глаза лихорадочно шарили по моему лицу и телу. Он кривил губы в зловещем оскале, весь его вид говорил о том, что парень явно не в себе. И мне было очень страшно оттого, что я сейчас с ним наедине. Я с трудом сглотнула образовавшийся в горле ком, стараясь не привлекать внимания, полезла в свой миниатюрный клатч за газовым баллончиком. Сейчас идея Инги обзавестись средствами самозащиты казалась мне очень удачной. Тем временем, я начала говорить:
— Саш, тебе требуется помощь?.. Возможно...
— Замолчи! — зашипел Краснянский, дернув ворот рубашки. Пуговицы жалобно заскрипели под натиском . - Ты знаешь, чего я хочу, мелкая сучка. Тр*хнуть тебя. Ты всего лишь баба. Дырка. Вы созданы для того, что бы удовлетворять мужчин. Вам даже говорить не надо, вам рот дан для того, что б засадить туда поглубже.
- Прекрати! - я с силой оттолкнула от себя одногруппника, - я не намерена выслушивать гадости...
Саша тихо засмеялся.
- Что было с нами не так? Почему ты ушла? Строишь из себя недотрогу, а сама стонешь, как шлюха... Я видел тебя сегодня, в саду. По папикам пошла? В прошлый раз - старый пердун Сахаров. У него хоть стоит? Или тебе важен только счет в банке? Что тебя заводит больше, дрянь? У меня тоже есть бабки. Я тебя так выдеру, сука, что ходить не сможешь!
Я выставила вперед баллончик, нажимая на кнопку со всей силы. Парень успел перехватить мою руку и отвести в сторону — к горькому разочарованию, защита не сработала. В животном отчаянии я нацелилась коленом ему в пах. В теории я знала, что не рекомендуется прибегать к такому приему, потому что могу разозлить или раззадорить насильника такими действиями еще больше. А еще я читала, что насильники не получают особого сексуального удовольствия, куда больше их вставляет собственная власть и сила, и беспомощность жертвы. Я не хотела быть жертвой, не хотела ощущать его руки и прочие части тела на мне и во мне.
Краснянский блокировал выпад своей ногой.
- По грязному будем играть? — прошипел парень и сильно толкнул меня в стену, так, что аж зубы клацнули и выбился весь воздух из легких. Следом придавил своим жилистым телом. Паника затопила меня полностью; я пыталась вырываться, царапая и кусая бывшего парня куда придется. Его противный тихий смех доносился словно через туман. Я понимаю, что теряю силы, что лишь больше завожу его своим бесплодным барахтаньем, и мне не хватает воздуха. Крик застыл в пересохшем горле, так и не успев толком зародиться. Ноги и руки перестали слушаться, налились свинцом. Тело потяжелело, почти обмякло, в ушах - как - будто вата... Его шепот, такой же липкий, как и его руки, шарящие по моему бесправному телу, ощупывают, больно стискивая грудь, сильно сжимая бедра. Его пальцы поползли к моей промежности. Я затрепыхалась, словно рыба, выброшенная на берег. Я должна бороться. Я не могла позволить изнасиловать меня этому ублюдку.
Глава 15
— Свали, - услышала я бархатный голос, облаченный в металл и впивающийся сотнями лезвий, вырывая в реальность.
Воздух заполнил легкие, а цепкие руки вмиг растворились. Я попыталась устоять на ногах, но они подкосились и я медленно сползла по стенке, плюхнувшись полуголым задом на холодную пожухлую траву, мгновенно впившуюся в кожу. В паре метров от меня стоял Романов. Боковым зрением увидела мелькнувшую спину Краснянского, бросившего наглое "как вам угодно".
К горлу подступила тошнота, и, похоже, моя истерика требовала выпустить ее наружу. Я задышала сильнее, в глазах начало щипать.
- Прекрати, - мужчина не смягчил своего тона, отчего мне показалось, что холодное лезвие полосануло меня сразу в нескольких местах.
Он буравил меня взглядом, его некогда голубые глаза превратились в бездонную синь, готовую поглотить меня безвозвратно. Я не могла пошевелиться, мое сердце сжалось - этот мужчина выглядел еще больше, мощнее и сильнее...
- Кто он ? - спросил Романов, продолжая сканировать меня взглядом, будто записывая меня на диск.
- Одногруппник, - невнятно пробормотала я, инстинктивно пытаясь прикрыться, сложив трясущиеся руки на груди.
— Кто он тебе? — повторил он; тон ужесточился, видимо, он терял терпение, хотя ни один мускул на его лице не дрогнул. Мужчина стоял на расстоянии от меня, не делая попыток приблизиться.
- Мой бывший парень. Давно бывший, — зачем - то добавила я, мой голос дрожал, как и все тело, словно я - пугливая осина.
- Хреновый выбор, - ответил Романов. — Ты провоцируешь его раз за разом? Тебе нравится экстрим?
Я всхлипнула.
- Я никого не провоцировала! Он просто наркоман! И...он видел вас и меня... и чем... что там происходило, в саду, - слова давались мне с трудом, чувствовала я себя мерзко; похоже, еще и губа разбита - саднило в левом уголке рта.
Я невольно сравнивала прикосновения Романова и Краснянского. Романов тоже был самоуверен и действовал на пролом, считав сигналы моего тела, хотя мой разум был против. Был ли?.. А Краснянский... Его я не хотела, он мне был противен, я его полностью игнорировала, посчитав, что он - прошлое, пройденный этап, благополучно забытый. А он все время находился рядом, даже слишком, а я этого даже не замечала. Ни моя интуиция, ни инстинкты не сработали. А еще я чувствовала себя безвольной марионеткой, игрушкой, которая понравилась и которую захотели. И хуже всего было то, что я навряд ли смогу выстоять в борьбе против своих чувств, эмоций и желаний, захлестнувших меня тогда, когда я меньше всего этого хотела и ожидала...
- Я знаю, - рыкнул Романов, направляясь ко мне.
- Не подходите , — я вытянула руки вперед, все еще сжимая в пальцах не сработавший перцовый баллончик.
Я понимала, что не смогла дать отпор Краснянскому - он был жилист, худощав, среднего роста. А эта гора мышц под два метра ростом, даже не заметит моего сопротивления. Но мужчина, к моему удивлению, остановился.
- То есть, вы хотите сказать, что знали, что за нами наблюдали? — выдохнула я, поднимаясь на ноги, едва не чертыхнувшись, удерживаясь за стену.
Романов покачнулся в мою сторону, но все же остался стоять на месте.
- Я так и сказал, - его голос изменился, снова обволакивал, как тягучий мед, завораживал.
Я прикрыла глаза от унижения, стресса и разочарования. Выглядело так, словно этот самец метил территорию перед другими, давая понять, что это все - его. Даже не хочу понимать, что в голове у этого человека. Выдохнув, я сделала пару шагов вдоль стены здания.
- Я больше никогда не хочу видеть вас в своей жизни, — с истерическими нотками проговорила я, изо всех сил стараясь держать себя в руках.