- Возможно, все так и происходит с женщинами, они просто забыли свое место.
- Место? Мы что, собаки? Или вещь?!! Что за средневековые суждения?!! – гнев моментально вернул меня в реальность. – Многие женщины сильнее мужчин духом. И нас не так легко запугать! Они веками боролись за свободу. И женщины всегда добиваются поставленных целей! Это - мир женщин!
Губы Романова растянула улыбка, он фальцетом перекривил меня:
- Что за феминистические рассуждения? Место женщины за мужчиной. Мужчина ведет женщину. Ради нее он силен и выполняет все функции, возложенные на него. Подчинение ему - заложено в женском ДНК.
Я даже открыла рот от столь нелепого рассуждения. Он серьезно? Что он за неандерталец?
- Видя сильного самца, женское тело начинает трансформацию – ее спина становится гибкой… рот наполняется слюной… увлажняется в нужных местах … - он проговаривал это все, словно некое заклинание, обезоруживающее меня и напрочь выбивая все мысли, оголяя инстинкты и желания.
Губы вмиг стали сухими; не задумываясь, я облизала их, а он проследил за этим жестом. Его глаза были темными, словно бездна, и я падала в нее, понимая, что пути назад не будет. Его губы на моих, в беспощадном, подчиняющем поцелуе, без права на вдох. Терзают, сминают, гранича с болью. Его руки срывают мокрый свитер и лифчик. Я чувствую его пальцы на своей груди, они поглаживают, задевая горошинку соска, слегка сжимают. Я вздрагиваю, соски съеживаются, чувствую его горячий рот на моей груди, язык обводит сосок, зубы кусают, рука больно стискивает нежную кожу. Боль, граничащая со сладостью, я выгибаюсь, отдаваясь горячим волнам, пробегающим по телу к низу живота. Его руки неспешно пробираются по бедрам, задирая юбку на талию. На окраине сознания возникает мысль о водителе, я пытаюсь сказать, но голос подводит меня, слова перетекают в стоны облегчения.
- Не беспокойся об этом, малышка, - шепчет мужчина и скользит рукой между моих ног, раздвигая влажную плоть, проверяя мою готовность и задевая клитор. Приподнимает мою попу, чувствую, как твердый член упирается в трепещущее лоно. Ерзаю, хочу, что б он быстрее вошел.
Жажду этого. Чувствую, как он медленно начинает входить в меня, чересчур огромный… Пытаюсь отодвинуться, но он крепко держит меня и что –то шепчет успокаивающим тоном. Действует аккуратно, растягивая меня, давая привыкнуть к нему. Постепенно полностью погружается в меня, невероятно хорошо и ,кажется, мое тело сотрясает оргазм. Мышцы сжимаются вокруг его члена, мой протяжный стон и пучина, которая затягивает глубже, сжимая меня также сильно, что я взрываюсь маленькими капельками наслаждения и эйфории. Вес тела мужчины прижимает меня, он рычит:
- Что ты творишь!
Наверное, он хочет меня раздавить, я нереально распластана под этой каменной глыбой, но мне хорошо. Его объятия словно сталь, обволакивает намертво, образуя крепкий кокон. Начинает вбиваться в меня, набирая бешенную скорость. Каждый толчок отдается во мне сладостной судорогой. Мы – единое целое, и это настолько правильно, что я готова рыдать. Мне хочется обхватить его всего, раствориться в его запахе, чувствовать в себе его всегда. Его темные глаза сияют, и я купаюсь в этом сиянии, чувствуя себя желанной, свободной, язычницей – ведьмой, исполняющей запрещенный таинственный ритуал, танцую босой на раскаленный углях. Я выгибаюсь сильнее, он сжимает мою шею, меняет угол и толчки становятся особенно глубоки – мое тело снова начинает пульсировать, сжиматься, взрываться миллионом искорок колдовского пламени, оплавляя и сжигая до тла. Он рычит мне в шею, сжимая меня сильнее и затем полностью наваливается на меня. Всего лишь секунда - и он приподнимается, я ощущаю холод и реальность, проникающую между нами, выстраивающую барьер. Он смотрит на меня, проводит большим пальцем по мои губам; щеки начинают гореть, хочется отвернуться. Он останавливает меня, надавливая на подбородок, заставляя смотреть на него.
- Не делай этого, - говорит он. – То, что произошло между нами – нормально. Желание, страсть, химия – называй как хочешь.
- Я буду потом жалеть ? – прошептала я.
- Не будешь. Взрослей, Анна, - сказал Романов, лишь сильнее сжав меня, когда я хотела высвободиться из его хватки, чтобы начать приводить себя в порядок. – Мы еще не закончили.