Выдохнула, дернувшись. Заерзала, принимая положение поудобнее. Уверена, Романов понимал, что я никуда не поеду с ним, что бы продолжить наш секс – марафон, поэтому, видимо, решил взять все здесь и сейчас. Честно, я была не против, раз уж все зашло так далеко. Я знала таких мужчин. Я – очередное его достижение, плюсик к карме, зарубка на его личном дереве тщеславия.
- Нихрена ты не знаешь, - усмехнулся он, больно укусив в районе ключицы. – У меня опять встал и тебе следует разобраться с этим.
И я разбиралась, как только умела, не знаю, сколько уж по времени. Когда я выходила из машины, ноги едва держали меня, а Романов выглядел довольным, словно кот, объевшийся сметаны. Мы больше не проронили ни слова, они тут были не нужны. Мы не прощались, словно наивные влюбленные. Машина просто подъехала к моему подъезду, мы посмотрели друг на друга, и я выскользнула в сгущающийся сумрак, оставив все сожаления и мысли позади. Этот день останется днем эмоций и чувств, размышления и терзания будут потом…
Глава 23
Следующий день я провела в постели, мучаясь от крепатуры – мышцы нещадно ныли, словно меня переехал бронепоезд. Мое тело не было готово к такому забегу, особенно после столь долгого воздержания. И я понимала, что мои проблемы с работой так и останутся не решенными. Впрочем, добавится еще парочка проблем. Гнев зародился в груди, затем сошел на нет. Чувствовала себя разбитой не только физически, но и морально. Отец так и не перезвонил. Что ж ,сама виновата – именно я выстроила такие отношения. Или нет? Мне нужно было лично увидеть отца, что б сознаться себе в том, что мне хотелось быть частью своей семьи.
Насчет Романова я не строила иллюзий, наоборот, была уверена, что он забудет о моем существовании. Слишком взрослый, слишком пресыщенный, слишком самоуверенный, слишком горяч и красив – все в нем было слишком. Я для него – очередная блажь. Это неприятно осознавать, но я, словно мазохистка, вбивала эту мысль раз за разом, как только вспоминала о Романове. Помимо этого, меня гложила тревога и предчувствие беды.
Списала все это на осеннюю депрессию, которая, похоже, прочно решила обосноваться в моей жизни. Вечером, одев свою фланелевую пижаму с розовыми сердечками, мы делали с Валентиной Иосифовной педикюр. Свои ногти я выкрасила в ярко –салатовый цвет – определенно, мне сейчас не хватало яркости. Затем мы пили малиновый чай, уплетали булочки с корицей и смотрели дурацкие ток – шоу. Валентина Иосифовна обрадовалась, когда я ей показала путевку, тут же принялась меня обнимать и целовать, а затем начала обзванивать своих подруг по санаторию. Мне было приятно видеть радость бабушки, и весь день, проведенный с ней, оставлял на душе чувство тепла и уюта. Мой телефон жалобно запиликал, звонила Рита. Я не успела даже поприветствовать подругу, как на меня обрушился поток слов:
- Сахарок! Нужна твоя помощь! Срочно! Спасай! На Ингу я не надеюсь, но мы можем обсудить, как ее вернуть в чувства. И я схожу с ума от своего целибата. Поэтому, у нас двойное свидание. Насчет секса – не знаю, но хочу хоть понюхать мужика. Готовься, я буду через пол часа. Парни серьезные! Отказов не принимаю! Сахарок, полчаса! Что б была, как конфета!
Я в недоумении смотрела на свой старенький смартфон. Только вихрь по имени Рита мог так бесцеремонно разрушить мою идиллию. Так как у меня был выходной, я решила согласиться на авантюру. Свидание – не так уж и плохо. К тому же, мне хотелось отношений, теплых, чувственных, длительных. Всплывший образ Романова я затолкала куда подальше, в самые темные закутки своего сознания, где за семью замками хранилось все то, что я не решалась анализировать. Наспех сделав легкий макияж, одела красное платье - оно было ниже колен, закрытое, но облегало фигуру, словно вторая кожа. И сам цвет, не характерный для меня. Не знаю, почему, но мне захотелось надеть именно это платье . Некий протест самой себе? Распустила волосы , благо, они у меня немного вились, что создавало приятный эффект. Чулки одеть я не рискнула, заменив их телесными колготками. Ритка явилась в ровно назначенное время, придирчиво осмотрела меня, осталась довольна. Сказала, что я выгляжу как развратная монашка. Такое не сочетаемое сравнение смутило, но Соколова уже тащила меня на выход.
Через двадцать минут мы уже находились в очень популярном клубе «Эйфория», куда обычному смертному не так уж легко и попасть. Нас встретили два парня, действительно серьезного вида, один из них был в очках, что придавало ему дополнительные баллы к солидности. Думаю, парни старше нас на лет пять, не меньше. Я покосилась на Риту. Подруга выглядела счастливой, щебетала без умолку и порхала, словно бабочка. Я понимала, что что –то произошло – скорее всего, Рита поссорилась со своей пассией – одним из охранников Романова. Подавив вздох, мы миновали танц пол, где словно муравьи танцевали люди, утопая в басах и неоне. Вошли в вип-кабинку, расселись. Здесь была звукоизоляция. Улыбнулась парню, севшему напротив меня. Среднего роста, приятная внешность. Вскоре мы разговорились, беседа протекала свободно и непринужденно. Виталий, что сидел напротив меня, и Дмитрий, с которым бессовестно флиртовала Рита. Мальчики работали в небольшой торговой фирме, были вполне себе состоявшимися молодыми людьми. Только вот где Соколова нашла их, понятия я не имела. Время протекало незаметно, кухня была вкусной, алкоголь отменный, оказывал на меня расслабляющее действие. В какой –то момент мне стало душно, я извинилась, решив выйти проветриться. Прохлада привела меня немного в чувства, а мысли попеременно возвращались то к Романову, то к желанию закутаться в одеяло и не вылазить из него до весны.