- Знаете что, уважаемый Сергей Анатольевич, - заговорила я, сдерживая гнев и удивляясь наглости этого напыщенного хлыща. – А не пойти бы вам…в жопу?
Реакция этого самовлюбленного павлина была бесценна. То, как вытянулось его интеллигентное лицо – это чувство было отдаленной версией моих оргазмов с Романовым. Я вложила свой бокал в руку Савельева и, улыбнувшись, произнесла:
- Простите, мне нужно отлучиться – припудрить носик.
Я поспешно обошла его и двинулась в сторону выхода. Ярость разгоралась во мне адским пламенем. Больше ни минуты я не пробуду здесь. Один – плетет интриги, словно паук. Второй – едва ли не подлаживает под партнеров по бизнесу. Господи, как мне горько! Как больно и обидно! Я сдерживала бессильные слезы ярости, переплетенные с обидой и непониманием. Чувствовала себя преданной. Никому не нужной. Использованной. И телом, и душой. Я нырнула на лестницу, намереваясь подняться в кабинет Романова. Скорее всего, он там. Господи, у меня даже нет его номера телефона! Я бежала по лестнице, поднималась на нужный этаж. Зал находился на третьем этаже, его кабинет –на девятом. Ворвалась в фойе, меня тут же поймала охрана, намереваясь увести в квартиру.
- Это срочно! Относительно дела Сахарова! – заговорила я, пятясь от крепких парней, за секунду готовых скрутить меня в морской узел. – Ваш босс будет в ярости, если узнает, что вы меня не пропустили.
Охрана даже бровью не повела. Амбалы ухватили меня за предплечья, ведя к лифту. Я повернула голову в сторону заветной двери, ведущей в кабинет Романова и зефирной секретарши, с интересом наблюдавшей за нами. И тут я решилась на то, что никогда не сделала бы раньше. Видимо, давало знать о себе долгое заточение и просмотры сериалов. Я застонала и начала оседать. Верная охрана тут же подхватила меня, пока я охала и ахала, закатывая глаза. Секретарша бросилась за водой. Воспользовавшись моментом, я оттолкнула со всей силы одного охранника, а второму наступила каблуком на ногу. Я почти вырвалась, но он, матерясь, ухватил меня за руку, потянув на себя. Я понимала, что он меня просто скрутит, как цыпленка, слишком уж у нас большая разница в физической силе. Я резко ударила его в пах коленом – это уличный прием, бесчестный, и я им воспользовалась. Естественно, реакция амбала была мгновенной, он защитил то самое место – мое колено проскользило по его бедру. Он зарычал, на мгновение удивленный моим неистовым сопротивлением. Я вскрикнула от его слишком сильной хватки – он расслабил пальцы – видать, ему была дана команда особо меня не трепать. Я резко дернулась, вырываясь из его рук. Первый же детина ухватил меня за рукав платья. Я рванула, что есть силы, слыша треск собственного платья, сметая на пути мармеладку – секретаршу со стаканом воды. Ее визг, мое хрюканье, когда меня грубо прижали к полу, вывернув руки. Я была почти у цели. Я пыталась агрессивно лягать охранника ногами, только усиливая боль в собственных руках и едва не рыча от бессилия.
- Не рыпайся, - зло проговорили над ухом.
- Не трогайте меня, - застонала я от усиления захвата.
Дверь скрипнула, из –за нее показался Романов.
- Какого хрена здесь происходит? – я мысленно поаплодировала вопросительной интонации в голосе мужчины. – Отпусти ее.
Я едва поднялась, прикрывая правую грудь порванным клочком ткани. Бедная сахарная секретарша сидела в луже и осколках от разбитой посуды, всхлипывая. Охрана что – то объясняла Романову, злобно косясь в мою сторону. Он не отрываясь смотрел на меня, испепеляя взглядом.
- Уволю вас нахрен, если не сумели разобраться с девчонкой, - пророкотал Романов. – Зайди.
Я медленно двинулась в его сторону, морщась от боли и чувствуя себя агнцем на заклание.
- Шевелись, - рявкнул он , и я мигом прошмыгнула в открытую для меня дверь.
Я не знала, чего мне ожидать, но он был чертовски зол. Но стоило мне увидеть, кто был в его кабинете, как все мои мысли разлетелись. Около стола стоял мой отец – пышущий здоровьем, с энергетикой, бьющей из него ключом.