Вечером я снова позвонила Романову, с ним опять не было связи. Я хотела услышать его голос. Не уверена, что сказала бы ему о беременности, по крайней мере, сейчас…
Второй месяц обучения прошел в таком же ритме. А затем мне пошли на поблажки, и присутствовала я больше не практике, чем на теории. Стала на учете в женской консультации. Своим девчонкам я пока ничего не говорила.
К слову, я четыре раза ходила в цветастое здание, где была контора Романова. Три раза она была закрыта. На четвертый раз мне повезло больше – я обнаружила там сахарную секретаршу. Зефирка ничего внятного ответить не смогла - ее отправили в отпуск, она просто наводит порядок в документах. Я терялась в догадках…
В соц сетях мое дело стало приносить небольшой, но стабильный доход. Я пошла дальше – шила бодики, костюмчики и платьица для деток от рождения до трех лет. Наличие подруги - Инги Золотаревой, постепенно превращавшейся в успешную бизнес – леди, так же дало толчок моему делу. Рита ходила довольная, как кошка, поймавшая мышку. Ее глаза блестели от счастья и она скрывала личность своего действующего мужчины. Но, видя, как благостно влияют на нее эти отношения, я была искренне рада за подругу и желала ей женского счастья.
Наступила середина июля. Жаркие лучи солнца уже скользили по просыпающемуся городу, а я уже выходила из автобуса, прямо в объятия Риты, вызвавшейся меня встретить. Никто из подруг еще не знал о моей беременности, мой живот еще не был заметен, но я немного поправилась. Начала носить более свободную одежду.
- Боже, Сахарок! Как я соскучилась! Ты выглядишь потрясающе, аж светишься изнутри. У тебя кто – то появился? Рассказывай, подруга, - Соколова, как всегда, сгребла меня в объятия, треща, как сорока.
В нос ударил запах ее духов. Некогда приятные, сейчас показались мне слишком приторными, щипали в носу и вызывали подкатывающую тошноту к горлу. Вмиг стало тяжело дышать. Душно. Я ринулась в кусты, сгорая от стыда. Вообще – то, токсикоз меня не особо мучил – можно пересчитать по пальцам случаи, как этот.
- Та-а-ак, подруга… У тебя пищевое отравление? – послышался сзади голос подруги, державшейся на расстоянии, но протягивающей мне салфетки.
Я повернулась к подруге, отрицательно качнув головой.
- Романов? – глаза Соколовой полезли на лоб. – Какой срок? Он вообще в курсе? Мальчик или девочка???
- Пятнадцать недель. Девочка. И он не выходит на связь с той самой ночи, перед началом моей учебы. Обычно, он всегда заботился об контрацепции… А в тот раз… мне было явно не до этого… а почему он, я не знаю… - тихо заговорила я. – Я все держала в тайне, но собиралась рассказать на выходных всем.
- Раз уж сегодня утро откровений, скажу и я новость. Я выхожу замуж. За Ваньку Седакова, - блондинка расплылась в улыбке.
- О, Рита! Я так за тебя рада! Кто бы мог подумать! Вы - такая красивая пара! – я бросилась на подругу, обнимая и задерживая дыхание. – Сегодня собираемся у меня? Бабушка обещала приготовить бисквитный рулет с малиновым вареньем.
- М-м-м, обожаю ее выпечку, - проворковала Рита, усаживая меня на заднее сидение. - Надо дозвониться до Романова, подруга. Если он такой помешанный на контроле, как ты говорила, то он прекрасно осознает все последствия незащищенного секса…
- Ох, Рита, я совершенно не понимаю, что на уме у этого мужчины… Он очень сложный человек, скрытный, немногословен. Я пробовала дозвониться к нему на протяжении всего этого времени. Ни один номер не отвечает. Я даже интересовалась им у тех людей, что снимают у него конторы… И его секретарша ничего толком не ответила… Никто ничего не знает. Но, что бы ни случилось, я оставлю ребенка, - грустно улыбнулась я. – Сейчас на курсах – сплошная практика. Я буду присылать видеоотчеты своих работ, а экзамен сдам онлайн. Диплом перешлют по почте, если не смогу забрать сама. Зам Романова – Андрей, но у меня нет его контактов… а те, что указаны на сайтах и в визитке – молчат. Возможно, у него какие –то проблемы… Мне неспокойно. Я теряюсь в догадках… Но в одном я точно уверена – он бы не стал скрываться от меня намеренно или игнорировать…