Оставшись в лаборатории один, уже поздно ночью, закрывшись в своём кабинете, профессор долго изучает полученные трехмерные модели внутреннего строения «Объекта 7», выделяя и увеличивая на мониторе то один из его органов, то другой. В самом центре Объекта расположено некое подобие сердца, которое сокращается примерно раз в минуту, неспешно толкая питательные соки по тысячам ветвистых сосудов. К нему плотно примыкает, окружая со всех сторон, гигантский четырёхдольный мозг, слоистый, изрытый извилинами. Он напоминает ядро грецкого ореха или симметрично удвоенный головной мозг человека. Каждая доля соединена с другой «мозолистыми» телами, похожими на куски толстого оптоволоконного кабеля – они должны обеспечивать очень высокую скорость передачи данных. В зазорах между парами смежных частей этого мозга поместились четыре полых органа, наполненных вязкой слизью. Профессору приходит в голову, что нужно взять эту слизь, сделав пункцию, и провести её биохимический анализ. Допив кофе, он встаёт и идёт за необходимым для этого инструментарием.
Вернувшись со специальным приспособлением для откачки жидкости в главный испытательный зал лаборатории, профессор замирает на пару секунд перед «Объектом 7». У него мелькает мысль, не стоит ли отложить всё на завтра, но он не успевает ухватиться за неё и она бесследно исчезает. Усталость, которую он чувствовал, когда сидел у себя в кабинете, проходит. Её сменяет душевный подъем. Профессор нажимает несколько клавиш на небольшом пульте управления и тяжелая крышка резервуара, томно вздохнув, скрипнув, начинает медленно ползти вверх и вбок. Поднявшись по приставной лестнице, он пронзает плоть организма длинной тонкой иглой с микроскопическим датчиком на конце, и, сверяясь с изображением на небольшом дисплее сканера, погружает её до тех пор, пока она не проникнет в один из пузырей с густой слизью внутри. Включив откачку, профессор смотрит, как прибор, мерно хлюпая, извлекает из органа чёрноё вещество и заполняет им стеклянный сосуд, подсоединенный к нему прозрачной, гибкой трубкой.
Уже заканчивая, он замечает, что герметичность прибора нарушена, и жидкость просочилась наружу. Нахмурившись, он смотрит на запачкавшую его ладонь тёмную жижицу и ему кажется, что она прямо на глазах впитывается в его кожу. Предчувствуя неладное, он едва успевает спуститься с лестницы до того, как вспышка вырвавшегося на свободу света с такой силой и так мгновенно заполняет его, что он стонет и падает без сознания, ударяясь головой об основание резервуара.
08 Пир у мэра
1
В этот раз Виктор, решив вести своё высокотехнологичное авто вручную, сидит за рулем, барабаня пальцами по обтянутому кожей обручу. От недостатка сна и избытка наркотиков в крови он выглядит болезненно: бледное лицо с заострившимися чертами, ввалившиеся воспаленные глаза, пересохшие, но сохранившие цепкость. Артур садится на переднее пассажирское место, чувствуя всем телом его мягкость и податливость – оно быстро подстраивается под анатомические особенности его мышц и скелета. Они пожимают друг другу руки, Виктор улыбается, растягивая потрескавшиеся обветренные губы в своей фирменной манере – смесь скепсиса и тихого безумного веселья. Наверное, думает Артур, такая улыбка бывает у приговоренных к смертной казни.
– Нам многое нужно обсудить, Артур, – говорит он так, словно цитирует реплику какого-то персонажа из популярного кино, с иронией, но слегка заискивая, потом замолкает, отвлекшись на управление машиной. Артур пытается представить, что они могут обсуждать и зачем, ведь они едва друг друга знают.
– Давай метнемся в центр, там, на площади, сейчас такой бедлам, хочу посмотреть!