Найдя островок свободного пространства на полу, Артур садится у самой стены, продолжая рассматривать собравшихся – Виктора нет и здесь, скорее всего, он ушел вместе с Яной. На экране телевизора один порно-ролик сменяет другой.
Куда приводят мечты?
Череда одинаковых, пологих холмов, светло-голубое небо. Кажется, что всё это снится: одинокое, кряжистое дерево вдалеке, почти у самой линии горизонта, рельефное облако, похожее на сливочный крем, только что выдавленный из кондитерского рожка. Девочка облизывает свои пухлые, глянцевито-бордовые от помады губы, переминается с ноги на ногу. Узкий топик обтягивает её полную, молодую грудь с крупными сосками – она не носит бюстгальтер. Её симпатичное лицо… чёрные гладкие волосы до плеч, выстриженная прямая чёлка… Большие, очень опытные глаза.
Продолжая осматриваться, она делает несколько шагов по лужайке. На её стройных, но крепких ногах надеты босоножки на высокой платформе из пробковой древесины – в них ей неудобно ходить по податливой, рыхлой почве. Девочка строит недовольную мордочку: морщит свой маленький, тонкий носик, чуть задранный кверху, и собирает губы в бантик. Наклонившись так, что из-под предельно короткой мини-юбки видны белоснежные, шёлковые трусики, она развязывает замысловатую шнуровку босоножек и, поочерёдно дрыгая ногами, сбрасывает их со своих ступней. Чистый деревенский воздух, почти полная тишина. Ярко-красная, облитая солнечным светом машина (Ford Mustang две тысячи восьмого года выпуска) припаркована у старого, деревянного дома: её грани сияют яркими блёстками, ослепляя, заставляя зажмуриться.
Босиком, осторожно вставая на мягкий, чуть влажный ковёр из сочно-зелёной, пахучей травы, она прогуливается по лужайке, разминая конечности после довольно продолжительной езды в автомобиле. Заглянув за дом, она видит метрах в пятидесяти от него небольшое, тоже деревянное строение – конюшню на три стойла. Парень, с которым она приехала, вместе с хозяином усадьбы, приземистым, уже не молодым, идут к её воротам по узкой тропинке, о чем-то перешучиваясь – они должны привести оттуда тщательно вычищенного, гнедого жеребца. Глаза девочки прикрываются, нервный холодок пробегает по её позвоночнику: влажные, ласковые прикосновения травинок к её ступням, к её щиколоткам… Тёплый, словно парное молоко, воздух.
Они возвращаются через несколько минут: старик, скабрёзно ухмыляясь, ведёт красавца-жеребца за поводья, парень же излишне суетлив. Он постоянно достаёт из кармана свой телефон и смотрит на его экран, как будто в ожидании важного звонка. Вероятно, он съел сутра пару «серых ласточек». Улыбнувшись ему, сбегав в дом за табуретом и смазкой, девочка начинает раздеваться… Её молодое загоревшее тело пышет здоровьем. Лишь кожа выбритого лобка чуть розовеет от воспаления, да ноготь на указательном пальце правой руки лишился почти всего своего лака – он сильно обгрызен. Парень, увидев, что все, кроме него, уже готовы, идёт к своей машине за видеокамерой. Он обретает необходимое ему спокойствие, когда начинает снимать разыгрываемое перед ним действо:
Девочка, встав на колени у задних ног коня, принимается за дело: выдавив побольше лубриканта и крепко обхватив ладонью половой член жеребца, она старательно сдрачивает ему, раздражая тысячи нервных окончаний. Её бросает то в жар то в холод, по мере того как огромный, густо смазанный конский фаллос затвердевает в её руках. Она целует его, лижет и в её страстных, порывистых движениях, в её взгляде, покорном, немного испуганном, заметно неподдельное желание. Частое глубокое дыхание девочки то и дело сбивается, губы нервно подрагивают. Её ладони всё интенсивнее ласкают тёмно-коричневый бархатистый фаллос, его глянцевую головку.