Булочница упаковала всё купленное в огромный кулек и охотно ответила на наши вопросы.
- Нет, до улицы Охотников за Снами совсем недалеко. Ежели на ящерицах. Пешком-то далековато будет. Она, улица эта, почти около моря расположена. Да, академия магии там же недалеко. От улицы. От моей пекарни подальше будет, но всё равно студенты забегают. Таких пончиков, как у меня, во всем городе не сыщете. Точно вам говорю. Распробуете тоже будете специально ко мне приходить. Как найти улицу Охотников за Снами? Да просто. Поезжайте по бульвару Забытых Ив до самого конца. Вот он, за поворотом сразу виднеется. Ив на бульваре нет, зато он почти до верфи идёт. Там направо свернете и до самой академии. Хотя нет, вам же не в академию надо, а на улицу Охотников за Снами. Всё равно направо, а потом налево, шагов через сотню. Чуть пройдёте — и направо. Там как раз нужная вам улица и начинается. Разберётесь. Не заблудитесь. А то спросите у прохожих. Хотя нет, у прохожих лучше не спрашивать, можно на приезжего нарваться. Лучше у лавочников или в любой дом постучите. У нас все друг другу помогают.
Кажется, булочница поболтать любит не меньше моей Лин. Да и не уверена, что я разобралась в этих её налево и направо. Ладно, поедем по бульвару до конца, а там и впрямь ещё раз спросим у кого-нибудь. Сердечно поблагодарив булочницу и за выпечку, и за ценные указания, мы двинулись дальше.
Удивительным образом мы не заблудились, добрались до места не иначе как по ошибке. Бульвар Забытых Ив вывел нас к верфи, а там, свернув направо и чуть поплутав, мы-таки нашли нужную нам улицу Охотников за Снами, и даже дом номер двадцать три в наличии на ней имелся. Симпатичный такой домик из красного кирпича, всего в два этажа, зато окруженный чуть заросшим садом с большими деревьями. Ворота и вовсе выглядели настоящим произведением искусства. Кованые, ажурные, иссиня-чёрного цвета, они были безнадёжно заперты.
- И что дальше? — спросила я вслух Мироздание. А кого ещё? В письме никаких инструкций касательно ворот не было. — Как нам попасть внутрь?
Мироздание молчало. Зато Рудди ответил:
- Мне кажется, здесь магический замок. Такие обычно срабатывают либо на прикосновение, либо на какую-то фразу.
Здорово. Вот только папуля мой то ли забыл написать мне эту фразу, то ли был слишком хорошего мнения о моих умственных способностях и решил, что сама догадаюсь. Зря он так.
Следующие полчаса я тщетно пыталась уговорить ворота открыться. Прикосновения не помогли, хотя я погладила каждый завиток на решетке. Я пыталась угадать фразу и перебрала всё, что пришло в голову: от «пожалуйста, отворись» до «открывайся немедленно, вредная железяка». Как обычно, выручила случайность. Я уже была готова лезть через забор, останавливала меня только мысль, что толку от этого мало, потом те же пляски придётся устраивать перед дверью в дом. Вряд ли она открыта, раз даже ворота в сад оказались заперты. Наконец я в сердцах заявила:
- Бес с тобой ! Надоело. Только подумать, унижаюсь перед каким-то магическим замком битый час, и всё бесполезно! И это я! Бестилианда Гредд!
Стоило мне назвать своё полное имя, как ворота призывно отворились. Молодец, Бести! Все известные ругательства в качестве отворяющего слова ты испробовала, а самый логичный вариант: собственное имя даже не подумала произнести. Такая дурища. А может я просто уже не отожествляла себя с Бестилиандой Гредд? В этой новой жизни я была просто Бести, и этого вполне достаточно.
Дверь в дом тоже отворяло моё имя. Дом не выглядел запущенным, напротив. Но рассмотреть его я могу и позже. Сейчас единственное, что меня интересовало — это пухлый конверт на столике в гостиной, на котором знакомым отцовским подчерком было написано моё имя.
«Дорогая, Бести, — писал отец, — вот ты и добралась до своего нового дома. Уверен, что добралась, чего-чего, а целеустремленности у тебя на целый мир хватит. Это хорошее качество, по крайней мере, здесь, в Акварельном мире. Когда я впервые попал сюда, сразу понял, что ты создана для этого мира. Больше всего Акварельный мир ценит оптимизм и веру в себя. А ты, моя хорошая, настоящий борец. Мне жаль, что тебе пришлось покинуть свой родной мир, хотя, если честно, то не очень. Я точно знаю — здесь ты будешь счастливей. Я со своей стороны лишь постарался позаботиться, чтобы тебе не пришлось волноваться о таких мелочах, как деньги.»