Бабушка не ошиблась в своих расчётах. Когда её сыну, моему отцу, исполнилось восемнадцать открылся дар Путника. Он увёл бабушку в другой мир и легко вернулся домой. Правило «рожденный в мире всегда может открыть путь из этого мира и всегда вернуться в мир рождения» сработало.
Бабушка ушла, дед оставался безутешен, хоть и не подавал вида. Гордый аристократ из рода двенадцати сильнейших, он оказался уязвим, слаб перед силой любви. Для него даже не было значимо то, что бабушка никогда его не любила, что она так и не смогла простить ему своего плена, хоть вина деда в этом была минимальна. В конце концов, не он затащил её в наш мир. Впрочем, это дела давно минувших дней, не мне судить неизвестную мне бабулю, а деда, несмотря на его нелёгкий характер, я любила.
Дар Проводника для моего отца стал и болью, и радостью. Он был счастлив иметь возможность открывать двери между мирами, но долг перед семьей не позволял ему уйти из нашего мира навсегда. Время от времени он пропадал на тропах межмирья, но всегда возвращался. Дед ворчал, но история с женой кое-чему его научила. Нельзя удержать в кулаке ветер. А потом папа встретил маму...
Глава 4.
В которой я делаю все возможное, чтобы путь к моей мечте не закончился, едва начавшись
В день экзамена я проснулась рано, едва рассвело. Слишком сильно нервничала и причины для этого были. Решалась моя судьба. Конечно, никто бы, глядя на меня, и не подумал, что внутри всё трясётся, словно ягодное желе. Я — Бестилианда Гредд, наследница одной из самых богатых и знатных аристократических фамилий королевства Роуленд, ещё не хватало, что окружающие могли понять, что я волнуюсь. Меня с детства приучали к тому, что любые эмоции — зло. Необходимо всегда сохранять лицо. Можно поспорить о достоинствах и недостатках аристократического воспитания, но я была благодарна, что умею держать себя в руках. По природе, обладая сложным взрывным характером, я лишь благодаря этому воспитанию и привитой с детства дисциплине, почти не раздражаюсь по пустякам, не нервничаю и не бешусь, когда люди меня разочаровывают. С моими талантами это важно. Иначе мой жизненный путь был бы устлан трупами людей, меня просто взбесивших, вперемешку с особо гадкими и настойчивыми претендентами на мою руку, сердце и состояние. Некоторых лично бы почикала ножичками, растущими из пальцев, некоторые, особо нервные, имели неплохой шанс совершенно самостоятельно откинуть копыта, увидав, как аристократка Бестилианда Гредд по случаю превращается в чёрный туман. Но нет, держусь изо всех сил, пока вообще никого умудрилась к праотцам не отправить, хотя, учитывая мой юный возраст, может, всё ещё впереди.
Я спустилась к завтраку элегантно, но просто одетая. Платье из восточного шелка тёмно-гранатового цвета. Волосы убраны в косу и закручены в замысловатый узел на затылке. Ничего лишнего. Из украшений лишь фамильное кольцо рода Гредд да амулет бабули, который я никогда не снимала.
Папа довёз меня до школы магии, проводил до самой двери не только из соображений безопасности, но и просто чтобы обнять на удачу. Уж он-то наверняка знает, что я сейчас чувствую. От него моё волнение не скрыть.
- Удачи, дочка. Всё у тебя получится.
Я улыбнулась в ответ, хорошо, когда в тебя верят.
Желающих попасть на факультет искусства в этом году было немало. Впрочем, я уверена, тоже касалось и других факультетов. Просто остальные претенденты экзамены сдали неделю назад. Самое элитное образование в королевстве, как ни крути, это именно магическое. В школу магии ежегодно пытаются попасть тысячи жителей нашего королевства, но удается это лишь самым одаренным. Зато после окончания карьера обеспечена, какую бы область магии ты не выбрал. Самым престижным факультетом считается боевой, затем идёт факультет защиты. Лучшие представители аристократии королевства Роуленд, если уровень дара позволяет, обучаются боевой или защитной магии. Остальным достаются места на алхимическом, артефакторском, целительском или бытовом факультетах. Магический дар у людей иных сословий проявляется не так часто, как у аристократов. Им боевой и защитный факультет не светит, чаще всего они выбирают целительский, ибо аристократы нередко брезгуют искусством врачевания. А зря, от настоящего целителя, как по мне, пользы не меньше, а порой и больше чем от боевика. Бытовики тоже без работы не сидят, хотя этот вид магии считается простым.