В итоге получила высший бал по всем предметам и награду Серебряная звезда за экзаменационную работу по живописи. Школа попросила разрешения вывесить мои картины в холле. Насколько я знаю, ещё никто из студентов не удостаивался подобной чести. Я могла бы собой гордиться, но было не до того.
Все студенты уже уехали на выездную практику, включая подругу Каиду и врагиню Гоудину. По школе лишь я слонялась одиноким приведением, да изредка приходили ночевать выпускники, празднующие в столичных кабаках окончание учебы. Я ждала приезда охраны, высланной отцом. В одиночку мне путешествовать запретили. Можно было ждать в столичном доме, но я опасалась. Нет, не за свою жизнь, а скорее за рассудок. Он запросто мог помутиться от регулярного общения с Поулингом, а тот непременно бы заявлялся ко мне ежедневно. В другую опасность я не верила, мне до сих пор казалось, что несостоявшееся отравление — это какая-то ошибка, а то и вовсе шутка. Да, я помнила о предсказании, но уж точно не верила, что дядя пытается меня убить. В какие-то интриги с его стороны — да, верила. Не зря он частенько стал появляться в столице и вёл активную светскую жизнь, причём в основном общался с близкими к трону аристократами. Но пойти на убийство он не мог. Да и глупо это. Главой рода является мой отец. Тогда уж в первую очередь следовало убить его.
Я немного лукавила. Обманывала сама себя. Главной причиной проживания в школе было то, что я надеялась, Натэль придёт попрощаться. Его обучение было закончено. Да, мы отдалились друг от друга в последнее время, хотя я и не знаю почему, но попрощаться-то он должен. Если не объяснить мне, что в нашей дружбе сломалось, то хотя бы напоследок пару добрых слов сказать. Не могу же я сама к нему идти?!
Глава 13.
В которой я наступаю на горло собственным чувствам, а потом для разнообразия поступаю так же с чужими
Натэль пришёл в последний вечер перед моим отъездом, когда я уже перестала надеяться.
Мы молча сидели, не зная, что сказать друг другу. Как-то внезапно я поняла, в чём дело. Мы были с ним так похожи, что даже наше молчание вдвоём было диалогом.
- Дело в твоих родителях? Я им совсем не понравилась?
- Ты им очень понравилась. Как могло быть иначе? Ты, Бести, истинная Гредд. Наследница крови. Так же, как и я. Самое важное для меня этот то, что я наследник рода Закрт. Просто родители напомнили мне об этом. Мы с тобой оба в ответственности перед родами, и каждый обязан идти своим путём.
- Какие красивые, пафосные слова. Жаль, что это такая чушь.
- Мне очень хочется сейчас тебя поцеловать, — сказал Натэль.
- А мне хочется, чтобы этот мир был другим. Чтобы не приходилось подчиняться дурацким правилам, чтобы не надо было отказываться от того, к чему лежит сердце. Я бы могла заниматься магией, путешествовать и просто быть вместе с тобой, наплевать на все условности и традиции. Забыть о дурацком долге перед родом. Нам обоим забыть.
- Это невозможно! — ужаснулся Натэль, и, вздохнув, добавил: — Так же неосуществимо, как и то, чего хочется мне, да?
- Ты сам ответил на свой вопрос.
Мне было больно и обидно. Не знаю почему. Наверно, я мечтала, чтобы Натэль хотя бы попытался, попробовал изменить нашу судьбу. Но нет, не было никакой нашей судьбы, у каждого она была своя. Чертова предсказательница! «Не жалей о том, что не сложилось, не твоя судьба». Сказать легко, а вот сделать...
Обсуждать нам было больше нечего. Нет смысла уверять друг друга, что останемся друзьями. В нашем мире дружбы между мужчиной и женщиной не существует. Однажды я выйду замуж, и мы перестанем быть равными. Я стану лишь храном магической энергии при муже и Натэль при встрече на каком-нибудь балу разве что вежливо кивнёт мне. Впрочем, кое-что я могу сделать на прощанье. Для него и наверно для себя.
- Натэль, обрати внимание на Кади. Из неё выйдет отличная жена. По крайней мере, с ней тебе не будет скучно. И она точно будет ценить тебя самого, а не богатство и положение, которое ты ей можешь дать.