Я увидел в лесу дуб, весь в зелени. Среди зимы. Очень удивился. А когда присмотрелся — оказывается, это плющ жирует на теле гиганта. Он крепко обвил его от комля до вершины. И ствол, и каждую веточку. Толщина паразита у комля уже с четверть метра. «Обнял», гад, мертвой хваткой. Аж впился в тело дуба. И усыпал огромное дерево
жирными ярко — зелеными листочками. Даже схожими с дубовыми. Имитируя, видно, таким образом, благополучное сожительство. Только от такого сожительства рядом уже лежит поверженный дуб. А на нем, разумеется, и омертвевший плющ. Дожировался!..
Тут возникает законный вопрос: положим, удушите, господа хорошие, добродушную Россию, на ком потом паразитировать будете? Где еще приложите ваш «гений»? Каких еще захочется вам «прелестей» жизни?
Ответ на этот вопрос находим в книге. В рассказе «Повеселись, приятель…»
Встречаются два друга — недруга. Бывшие однокурсники. Диаметрально противоположные люди по убеждениям: один прозападного толка — известный шахматист, гроссмейстер. По фамилии Кнып. Другой, извините, патриот своей Родины, журналист по фамилии Ветлугин. Они вечно спорят. А точнее — соревнуются в интеллекте. А потом подстраивают друг другу замысловатые «ловушки» И не только в философских лабиринтах, но и просто в жизни. Вот и устроил Кнып своему другу — недругу очередную «загадку — ловушку», пригласив того в злачное заведение в известном западном городе. Пощекотать ему нелояльные к Западу нервы и заодно подсунуть продажную девку. Ну', в общем, лишний раз показать, как все‑таки свободно и красиво живут на Западе. Тот довольно легко разрушил воздвигнутую западню и, в свою очередь, «удружил» — повез показать ему некую другую примечательность западной жизни. И оказались они глубокой ночью на мясном рынке, где висят нескончаемыми рядами освежеванные туши животных. И там, в укромном уголочке, мясник — шотландец на глазах у страждущей публики демонстрирует зрелище, достойное свободного мира, — снимает шкуру с… живого барашка. И весь этот живодерский ужас с комментариями мясника — палача смакуется интеллигентными людьми Запада.
У Кныпа не выдержали нервы, и он позорно ретировался.
Такие вот «прелести» ждут «граждан мира» после того, как падет сердобольная Россия.
Информация к размышлению и вам, русичи.
КОСНУВШИСЬ СЕРДЦА МОЕГО…
(О стихах Геннадия Ужегова)
Я не помню, когда в — последний раз читал стихи с таким интересом и наслаждением.
С интересом, потому что действительно интересно — а что же дальше? С наслаждением,' потому что стихи читаются легко и радостно. Как легко и радостно дышится после дождя, когда воздух насыщен озоном.
Удивительный мы народ! Уникальная страна Россия!
Неужели действительно нам нужен разор и потрясения, чтобы из‑под обломков развала являлись на свет подобные духовные ростки?! Или Господь Бог наделил Россию способностью к регенерации — восстановлению насильственно отчлененных органов ее? Или она подобна «мудрой змее», время от времени обновляющей шкуру, оставляя на космических орбитах негодный выползень. Вот уж загадка всех времен и народов!
Когда мне передали томик стихов Геннадия Ужегова, чтоб я заглянул в него и, может быть, написал свой отзыв, я, откровенно говоря, взял его без особого энтузиазма. С автором не знаком, да и какие стихи сейчас?
Но… Читаю вступительную статью Кронида Обойщикова. Знаю, что он зря дифирамбы петь не станет. Хвалит стихи уверенно. Хотя весьма скромно: «негромкие, но сердечные, освещенные чистым чувством любви к земле и людям…»
Открываю первую страницу, читаю первую строчку:
И думаю: верно и точно. Закрутились мы в нашей жизни. Нам не до чудес. Хотя каждую неделю нас настырно пичкают «Полем чудес» по телевидению, где несостоявшийся артист — ведущий с отмороженными глазами в присутствии аудитории состоявшихся дебилов нагло накачивает телезрителей страстью к легкой наживе. И, как результат, сонмища безумцев по всей стране великой кинулись в романтику «хап — хап».
Ну, ну! Чем же ты меня, дорогой (думаю про автора),
отвлечешь от этих «вечных дел»? Чем порадуешь? Ведь и в самом деле «ведьмам не живется среди нас, домовые тоже нас боятся, даже духи, скрытые от глаз, перестали что‑то появляться. Только редко — редко НЛО осветит нам сумерки ночные, как напоминание того, что на свете есть миры иные».