Теперь его очередь качать головой.
– Не очень.
– Нам не стоило приезжать в Сан-Диего? Это была плохая идея?
Сабин отвечает не сразу.
– Это вовсе не плохая идея. Мне стыдно за свои слова. Я… я сейчас в довольно странном состоянии. Понятия не имею, что со мной происходит, но вашей вины в этом нет. Я люблю вас. И очень круто, что вы все сюда приехали ради меня.
Его слов недостаточно, чтобы унять тревогу, но я решаю не давить.
– Не хочешь отдать мне подарок? – Я слегка улыбаюсь ему, давая понять, что все будет хорошо.
Он тоже улыбается.
– Хорошо.
Сабин берет гитару и возвращается на место.
– Итак, я… эм… я написал тебе песню. На Рождество. В ней нет ни эльфов, ни оленей, но она все равно рождественская. Ничего особенного. Надеюсь, ты ее не возненавидишь. Просто небольшая песенка. – Он прокашливается.
– Сабин Шепард, ты что, действительно нервничаешь?
– Что? Нет! – закатывает он глаза.
– Да! Ты столько раз мне пел, а теперь переживаешь. Мне это кажется милым.
– Ой, заткнись.
– Сам заткнись и начинай петь.
– Ладно-ладно.
Он кладет гитару на колено и опускает взгляд.
Стоит песне начаться, и я мгновенно подпадаю под чары его голоса, сильнее, чем прежде. Сабин знает, как проникнуть мне в самую душу и разбередить чувства. Даже когда текст не слишком эмоциональный, подача, прочувствованность… я неизменно ощущаю притяжение, и наша связь становится прочнее, как и сейчас. Песня в стиле Сабина, тягучая и проникновенная, но в своей простоте она самая милая и светлая из всех, что он написал.
Сабин заканчивает, но не поднимает головы.
Я не нахожу слов. Еще никто не посвящал мне песни.
– Сабин, она очень красивая и очень душевная.
– Именно поэтому она и для тебя.
– Саб… – я покидаю матрас и опускаюсь перед Сабином на колени, – лучшего подарка и придумать нельзя. Мне нравится. Очень.
Он, наконец, поднимает на меня взгляд.
– Да?
– Ага.
– Но это не дорогое украшение.
– Зачем ты такое говоришь? – Я качаю головой. – К чему вся эта хрень?
Он пожимает плечами.
– Не знаю. Прости. Еще раз. Просто… у меня нет подобной связи.
Я качаю головой.
– Что ты имеешь в виду? Со мной? С другой девушкой?
– Не знаю. Забудь. Я не хочу это обсуждать. – Он откладывает гитару. – У нас все хорошо, между мной и тобой?
– Да, все в порядке.
Только я отчетливо замечаю один очевидный факт: хоть мы и в порядке, но он нет. Сабин страдает. В этом я уверена. Не выношу, когда любимые люди страдают и, хотя очень сочувствую тому, что пришлось пережить Кристоферу, понимаю, что он более стойкий, нежели его брат. И, возможно, именно эта стойкость и возмущает Сабина.
Я вижу его уязвимость и хрупкость и сделаю все, чтобы исправить то, что сломано. Просто я пока не знаю как, а он не хочет об этом разговаривать. Он ведет себя то дружелюбно, то холодно, и, если быть честной, это началось с прошлого лета. Он либо душа компании, либо отталкивает меня и всех остальных. И у меня не выходит придумать, как с этим справиться.
– Давай чем-нибудь займемся, – предлагает он.
– Чем?
– Хочешь считать звезды? – Его широкая улыбка возвращается.
– На улице сейчас холодно, глупыш.
Он встает и опускает лестницу на чердак.
– Через окно на крыше! Это же просто волшебно, находиться на Рождество в домике на дереве.
– Технически, Рождество уже прошло.
– Тогда, просто волшебно находиться в домике на дереве в день после Рождества. Так лучше?