Он долго не отвечает, но потом сдается.
– Хорошо. – Сабин поглаживает меня по спине. – Устроим ночевку?
– Да.
– А предполагаются сексуальные бои подушками, плетение косичек и сплетни о самых горячих парнях?
– Да.
– Обсуждения любовных похождений знаменитостей?
– Хорошо, – зеваю я и, потянувшись в карман, достаю телефон.
– Пишешь Крису?
– Ага. Не хочу, чтобы он волновался, когда проснется, а меня нет.
– Он расстроился, что ты поехала сюда?
– Вовсе нет. Просил передать, что любит тебя. Хоть ты и придурок, но он тебя любит.
– Крис слишком снисходителен, – шумно вздыхает Сабин. – Как и ты. Мне очень жаль, что я всем испортил Рождество.
Я отправляю сообщение и кладу телефон рядом с кроватью.
– Ничего ты не испортил. Мы все еще здесь. Все целы и невредимы.
Он кладет руку себе на лоб.
– Временами я чувствую, словно… черт, не знаю.
Зато я знаю. Со мной такое тоже случалось.
– Словно тебя бросили за борт.
– Да.
– И ты пытаешься дышать.
– Да.
– Так делай это. Дыши. Просто дыши.
– Здесь нет кислорода, Блайт.
– Держись за меня. Я не позволю тебе утонуть. Я рядом.
Он снова поглаживает меня по спине, а затем тихонько смеется.
– Ты и так уже одного держишь.
– У меня две руки, Сабин. Хватайся за вторую.
Он недолго размышляет, а затем, явно собрав волю в кулак, заключает меня в свои объятия.
– Я пытаюсь, любимая. Изо всех сил пытаюсь.
12. Аромат твоей кожи
Когда я открываю глаза, стоит раннее утро.
Сабин все так же лежит у меня под боком.
Я оставляю его спящим.
Мне нужно побегать. Нужно избавиться от… чего-то. Возможно, тревоги.
Почему-то я нервничаю.
Когда проскальзываю в дом, все еще спят по своим спальням, а потому быстро переодеваюсь в спортивную одежду и отправляюсь на пятимильную пробежку. Во время движения я отключаю мысли. Концентрируюсь лишь на силе толчков, сохранении темпа, вдохах и выдохах.
Но даже душ, который я принимаю по возвращении, не помогает успокоиться. Или все дело в избытке энергии. Трудно четко обозначить свое состояние, но бег определенно мне не помог.
Когда вытираюсь полотенцем, я понимаю, чего хочу.
Шум воды в хозяйской ванной не разбудил Криса, так что это делаю я. Я все еще немного мокрая, когда откидываю простынь и залезаю ему между ног. Моему любимому нравится спать голым, за что я ему сейчас очень благодарна, потому что у меня не хватит терпения снимать боксеры со спящего парня. Меня снедает сексуальный голод настолько, что, кажется, я умру, если через секунду его член не окажется у меня во рту. Он твердеет практически моментально, и вот уже Крис двигает бедрами мне навстречу.
– Блайт, – бормочет он.
Я подсовываю ладони под его задницу и толкаю его ближе, заставляя стонать. Он запускает пальцы мне в волосы. Быстрым движением рта и сильным давлением языка я в мгновение ока вырываю у Криса еще серию стонов.
Пока он не достиг кульминации, я поднимаюсь и ползу по его телу выше, потираясь клитором о влажный член.
– Ты мне нужен, Крис. Сейчас.
Мне хватает легкого движения, чтобы он погрузился в меня.
Крис громко стонет, и я тут же приподнимаюсь и опускаюсь.
А потом снова.
Мне становится лучше.
Я упираюсь руками по обе стороны его головы и прижимаюсь к нему всем телом.
– Скажи мне, как хороша моя киска.
– Твоя киска идеальна, черт побери, – рычит он, сжимая руками мою задницу.
– Скажи мне, каким твердым я тебя делаю.
– Ты делаешь меня твердым как камень.
– Скажи мне, как я заставляю тебя кончать.
– Оргазм с тобой похож на взрыв.
Крису с трудом даются слова, но я не останавливаюсь.
– Малыш, скажи мне, как сильно тебе нравится слышать мои стоны во время оргазма.
Я трусь клитором о его тело, приближая кульминацию.
– Твои стоны – самые сексуальные звуки на земле.
– Так заставь меня кончить, – выдыхаю я, – доведи меня до оргазма.
Он поднимает и опускает меня, погружая член все глубже. Эти движения распаляют еще больше, доводя до отчаяния.
– Жестче, – молю я. – Покажи мне, как сильно ты этого хочешь. Заставь меня это почувствовать.
Он наматывает мои волосы на кулак, с силой оттягивая голову назад, и шлепает второй ладонью по попке, а потом еще.