— Привет, я Инна, — начинаю с самого банального, протягиваю руку.
Новенький смотрит на меня с нескрываемым восхищением и даже теряется слегка, словно не веря, что это я ему. А потом берёт мою ладонь чуть дрожащими пальцами.
— Я Ваня, — торопливо говорит, явно нервничая. Теряется, то ли пожать мне руку, то ли поцеловать. Это даже мило. — Ты потрясающе двигаешься, — добавляет он, выдавая причину своего волнения.
И всё-таки целует мне руку быстрым касанием губ.
Ну надо же, я за эту неделю и забыла, что действительно хороша в балете. Что узнаваема и пример для многих. Улыбаюсь и парню, и этому осознанию.
— Спасибо.
Он сияет улыбкой в ответ.
— Я был на междугородних соревнованиях, но в качестве зрителя, — решает пояснить, где меня видел раньше.
Неудивительно, на самом деле. Раз он здесь — значит, как минимум, увлекался балетом, и видеть меня много где мог, это уже непринципиально.
— Понятно, — киваю, и тут же перехожу к основному: — А теперь ты в команде?
Даже хорошо, что вопрос звучит не столько с любопытством, сколько с подбадриванием, напоминающем Ване, что он теперь здесь и свой. Не то чтобы я стремилась придать вопросу такой смысл, но парень явно воспринимает так. Что ж, это хорошо.
— Много работал, чтобы выбиться в люди, — охотно поясняет он. — Для меня честь участвовать с тобой в этой постановке. Хотя роль у меня пока незначительная, да и в спешке пришлось подключиться…
Я тут же ухватываюсь за последнее заявление:
— Вместо Дениса?
Я думала, что мне всё равно, но, похоже, нет. Почему-то сердце начинает биться быстрее, и вспоминаются слова Влада о том, что Денис меня больше не беспокоит.
— Да, он исключён по состоянию здоровья. Вроде как так. Больше не вернётся ни в команду, ни в балет. Сам это заявил, — Ваня подтверждает мои догадки, которые пока бьются лишь где-то в подсознании.
Влад и говорил, и выглядел так, словно хорошенько отметелил Дениса. Но, может, ещё и запугал? Вряд ли дело лишь в полученных им травмах.
Это, конечно, довольно грубая, но забота от невыносимого препода. Причём очередная.
— Вот как… — говорю, лишь бы пауза не тянулась странно. А то вот Ваня уже смотрит с неловкостью, будто думает, что я огорчена отсутствием Дениса. — Ну и хорошо. С тобой приятнее, — искренне и миролюбиво добавляю.
Судя по всему, я не ошиблась — Ване действительно было не по себе. Он так ощутимо расслабляется после моих слов и снова сияет улыбкой:
— Я рад.
А я уж тем более, потому что с этим парнем и вправду оказывается намного приятнее. Благодаря ему теперь вся труппа состоит исключительно из талантливых и душевных людей. С такими и работать интереснее, и в целом гармоничнее всё.
К тому же, тут немалую роль играет и непосредственное открыто выражаемое восхищение Вани мной. Оно напоминает мне, кто я такая и чего тут стою. Позволяет быстрее включится, вдохновляет.
Я чувствую себя по-настоящему живой и талантливой, буквально порхая по залу и наслаждаясь каждым мгновением. Всё проходит легко и с энтузиазмом. И усталость после окончания репетиции очень приятная, хотя ноги слегка ноют.
Я была права — балет действительно выдёргивает меня из странной взвинченности, увлекает мгновенно, заставляет радоваться каждому мгновению жизни. Перечёркивает лишние мысли и не позволяет зацикливаться на проблемах.
Но я была и неправа тоже — мысли о Владе как будто и не лишними оказались. Не пропадают никуда. Я ведь даже во время танца, ловя восхищённые взгляды, думала, что Влад же тоже на мои исполнения смотрел. Пусть и не вживую, через видео… Но ведь явно был впечатлён. Сам говорил.
И двигаясь во время репетиции, я думала, какой у него был взгляд, когда он смотрел мои выступления… Такой же восхищённый, как у Вани? Изумлённый, как у некоторых ещё из массовки? Внимательный, как у некоторых из основного состава? Одобряющий, как у балетмейстера?..
А ещё мне вдруг захотелось узнать, каково это — выступать перед Владом вживую…
И ладно бы те мысли шли в голову только тогда или мимолётно. Но ведь даже шагая к дому и улыбаясь красивому закату, я снова возвращаюсь мыслями к знакомому преподу. На этот раз думаю о том, как он разобрался с Денисом. Ведь отсутствие этого мудака явно не обошлось без вмешательства Влада.
Меня вдруг всё ощутимее тянет написать ему. Узнать, что он тогда сделал, сообщить про Дениса. Поговорить, в конце концов…
И уже не так напрягают собственные порывы. Как-то проще всё теперь воспринимается.