— Поздравляю, он влюблен в тебя по уши, — сообщила приятельница. — И почему ты удивляешься?
— Почему? — обозлилась Алина. — Самой не дико это слышать? Чуть не утопил в водопаде, ударил... Это, по-вашему, влюбленность?
— А ты что, не знала? Это же общепринятый способ ухаживания. Демонстрация симпатии. Глубокой симпатии. Что, правда не знаешь? — изумилась Митирра. — Тогда понятно...
— У нас это называется комплекс неполноценности. И оскорбительное поведение, — сказала Алина, снова принимаясь за десерт.
— Странные у вас понятия, — передернула плечами Митирра. — Сколько уже наблюдаю за вашими лаборантками и нашими отщепенцами... А то, как себя ведет Скаллеор, — это как раз демонстрация уважения. Для нас это само собой разумеется, — она закусила темную губу. — Понимаешь, планета у нас сама видишь какая, условия суровые, опасные. Слабаки здесь не выживают. По крайней мере, раньше не выживали, до внедрения термотехнологий и прочего, а способы ухаживания пошли именно с тех времен. И подбирая себе партнера для жизни, нужно было убедиться, что этот ханноранин достаточно сильный, находчивый и не сдастся при первой же трудности. Естественный отбор, — она облизала ложечку. — Вот потенциальные партнеры и устраивали друг другу испытания. Раньше было жестче, конечно. Лет двести назад одним водопадом и аянтарой дело бы не обошлось, да и дрались бы вы с ним до потери сознания, а не до первой крови. Зато потом, после подтверждения брака, можно уже ничего друг другу не доказывать и знать, что всегда можешь положиться на супругу или супруга — он прошел твое испытание, значит, как минимум не слабее тебя и способен поддержать...
— То есть... — Алине вдруг захотелось вправить себе на место отвисшую челюсть, — то есть он ко мне в женихи набивается?!
— Ну да, — невозмутимо кивнула Митирра. — У нас обычно такое сразу понимают. И то, что ты там грозилась убить, прибить и ругалась — это ничего не значит. Отказ — это когда спокойно и прямо. А крики твои... Он сейчас, скорее всего, тоже не понимает, почему ты так странно себя ведешь и почему до сих пор не придумала ему испытание.
Алина зажмурилась. Ей впервые в жизни приходилось слышать, как кто-то на полном серьезе несет такую чушь. Причем в изложении Митирры все выглядело логично и понятно. И исторические корни, и цель... тех глупостей, которыми страдали ханноране. А вот на практике... Толкнуть под водопад, а потом еще подраться — и много ли будет толку, если силы изначально неравны? Она поспешила задать этот вопрос.
— Это у вас неравны. И то не всегда, — заявила Митирра. — И у вас очень большое значение имеет... как это? — социальная роль. Женщинам — женственность... ну и так далее. Ты еще нормальная с нашей точки зрения. А остальные ваши лаборантки... Вот ты общаешься только с ними, иначе знала бы, как у нас посмеиваются над ними. Земляне...
Алина слушала, раскрыв рот. Ну да, подружки не раз говорили ей, что нельзя превращать себя в бесполого ученого, что из-за этого, наверное, к ней даже ханноране не подкатывают, не говоря уже о землянах... На что Алина отвечала, что земляне сами — бесполые ученые, и вообще все здесь заняты важным делом, контакты с иной цивилизацией налаживают. Подруги хихикали и заявляли, что контакты с иной цивилизацией намного интереснее налаживать за пределами научных центров... а ханноране, оказывается, все это замечали и посмеивались?
— А что смешного? — поинтересовалась она наконец.
— А разве не ясно? — хмыкнула собеседница. — Эти отщепенцы, не способные завоевать авторитет среди ханноран, самоутверждаются за счет землянок как только могут. Покупают им еду и напитки — это же позорит партнера, когда ему так ясно намекают, что он настолько нищ и глуп, что не может даже прокормить себя! Водят на прогулки — не посоветовавшись, неожиданно! Это ведь такое неуважение к личности и выбору! Ну и так далее...
— Слушай, — ошарашенно пробормотала Алина, — вы что, и правда так серьезно все это воспринимаете? Как неуважение? Да черт побери, то, о чем ты рассказываешь, это просто милые мелочи, которые выражают симпатию!
— А вы что, и правда воспринимаете их так несерьезно? Не разобравшись, что лежит в основе? Неуважение в мелочах — неуважение в жизни. И это ясно любому ханноранину, — парировала Митирра.
Две девушки, земная и ханноранская, какое-то время молча озадаченно смотрели друг на друга. Потом Алина потрясла головой и одним махом проглотила остывший десерт.
Пожалуй, она слишком много времени проводила среди себе подобных. И не интересовалась разнообразием жизни вокруг. Выучила основные жесты и реакции ханноран по наскоро состряпанному пособию и успокоилась. Привыкла мерить все обычными земными мерками, не задумываясь, что взгляды на одни и те же поступки могут разниться, как позитив и негатив. Ханноране был так похожи на людей, несмотря на отличия, что она и воспринимала их как людей, разве что с немного необычной внешностью. А между тем мышление у них, как только что выяснилось, отличалось глобально. Почти до абсурда.