- У меня всегда так. Мозг слишком возбужден, эмоции...
Мариам перекладывает подушку в ноги и ложится на живот, чтобы быть лицом к Артему. Он шуршит спальником и включает фонарик на телефоне, располагая так, чтобы не слепил.
- Я так волновалась, когда начало темнеть, а ты все не возвращался. Как же мы привыкли к телефонам, что всегда на связи...
- Здесь телефон бесполезен.
- Точно, - улыбается Мариам. Она все еще немного подшофе, и это придает смелости вот так рассматривать парня в тусклом свете фонаря. Красивый он. Щетина за время пребывания здесь превратилась в бородку. Волосы тоже отрасли. А глаза в полумраке кажутся бездонными озерами.
- Мне предлагают провести выставку в "С", - говорит он.
- Когда? - Мариам сглатывает. Выставка - это хорошо и плохо одновременно. Хорошо, потому что Артем талантливый, и каждая выставка - это развитие. А плохо... Плохо, потому что ему нужно будет уехать. А что делать в это время Мариам? Она не сможет здесь оставаться одна, а ехать с Артемом - сродни самоубийству.
- Мне не нравятся твои мысли, Мариам, - считывает в момент ее настроение парень.
- Просто... я боюсь оставаться одна.
- Ты не будешь одна. Я не уеду. Можно все организовать дистанционно, я уже договорился. До июля полно времени. Заказчик хочет новые снимки.
- Я не сомневаюсь, у тебя все получится, - Мариам так просто говорить с Артемом. Она словно знает его целую жизнь.
- Спасибо, - Артем садится, складывая локти на согнутые колени. И смотрит так... Мариам становится не по себе от такого пристального взгляда. Она прячет взгляд за пушистыми ресницами. Молчание повисает в воздухе. Артем тянет руку к кровати и подцепляет мизинцем мизинчик Мариам. - Знаешь, я впервые, находясь здесь, каждый раз с удовольствием возвращаюсь в домик. Потому что ты меня ждешь.
Сердце Мариам замирает и несется вскачь.
- А можно я пойду с тобой завтра?
- Завтра выходной будет. Послезавтра пойдем. Буду учить тебя фотографировать.
- Супер, - улыбается Мариам, оживляясь.
- Чем бы ты хотела заняться завтра?
- Я не знаю. Доверюсь тебе в выборе досуга.
- Хочешь, научу тебя метать ножи?
Мариам удивленно раскрывает ротик.
- Ножи?
- Ну да.
- Я... не знаю...
- Стрелять научу.
- Ой, нет... Я боюсь!
- Зря. Говорят, что у женщин хорошо получается. Спроси завтра у Натальи. Она отличный стрелок.
Мариам улыбается.
- Ты разыгрываешь меня?
- Нисколько.
- Я не смогу... - вздыхает Мариам. - Я вообще мало, что умею.
- Всему в жизни можно научиться, Мариам. Когда мы приходим в этот мир, мы не умеем ни говорить, ни ходить...
- Может, ты и прав, - она сжимает мизинчиком палец Артема. - Я тебе очень благодарна. За все, что ты для меня делаешь. Для меня никто так много не делал, за всю мою жизнь, - всхлипывает. Артем пододвигается ближе к кровати, смахивает с нежной щеки слезинку.
- Отставить слезы. Я не оставлю тебя, Мариам...
Мариам каменеет. Она боится этой фразы. Вардан так часто ей говорил о том, что не оставит! Так часто говорил...
- Не говори так. Это страшная фраза, которую я боюсь слышать.
- Прости. Я не хотел тебя напугать. Перефразирую, окей?
Мариам улыбается и кивает.
- Я буду рядом с тобой столько, сколько ты позволишь. И если ты по какой-то причине решишь, что я больше тебе не нужен...
Мариам в порыве прижимает ладошку к его губам, не давая продолжить.
- Не говори ничего, пожалуйста.
Артем смаргивает удивление. Мариам впервые сама касается его. И это приятно. Настолько, что он боится спугнуть резким движением или неосторожной фразой. Касаясь ее руки своей, он целует ее ладошку.
- Хорошо, - лишь говорит он.
- Поздно уже, - опускает Мариам взгляд.
- Да, надо спать. И с утра, как проводим Наталью, начнем обучение.
- Ты реально думаешь, что у меня получится?
- Конечно. А сейчас - спать!
Артем ждет, пока Мариам устроится поудобнее, и гасит фонарик. Ложится в свой спальный мешок и долго не может уснуть. В голове он прокручивает услышанный разговор Мариам и Натальи. Он не хотел подслушивать, просто остолбенел, когда до него донеслись тихие слова Мариам. В тот момент словно кто-то бетонную плиту положил на грудь. Ни вдохнуть, ни выдохнуть. Перед глазами темное марево...
Как же она вынесла это все...
И муж ее... Его же и мужчиной назвать язык не повернется, изверг! А родители... Врагу не пожелаешь!
Опомнился Артем только когда женщины заговорили о том, что волнуются, а его все нет. Он несколько раз вдохнул и выдохнул медленно, чтобы прийти в себя. И постучал в дверь. Как теперь делать вид, что ничего не знает - вопрос!
Ради Мариам он будет претворяться и ждать, пока она сама расскажет.