Пара верхних пуговиц на рубашке Артем оставил расстегнутыми, рукава поддернуты до локтей. Это очень сексуально, оказывается.
Он такой весь... красивый, мужественный... Высокий, на что раньше Мариам не обращала внимания. Она входит в кухню и встает рядом с Артемом.
- Что будем готовить? - Улыбается она. - Я видела, ты привез продукты. Можно сделать стейк и салат... Или ты хочешь что-то другое?
- Я не привередлив в еде, Мариам.
- Тогда будем есть мясо, - улыбается она и идет к холодильнику.
Готовка Мариам нравится, особенно, когда такой благодарный дегустатор рядом. Артем то и дело пытается утащить кусочек чего-нибудь и съесть.
- Заморила тебя голодом, - вздыхает она, отправляя с доски в миску нарезанные овощи. Мясо уже томится в духовке.
Артем подходит к Мариам со спины и, поставив руки по обе стороны девушки, упирается подбородком в ее плечо.
- Наоборот, ты меня балуешь. Жизнь холостяка - это сплошные перекусы. А вот так, с душой, мне никогда не готовили. Может, только мама когда-то...
Мариам обтирает руки полотенцем и оборачивается к Артему. Чтобы их глаза были на одном уровне, Артем отодвигает от края стола мешающие сейчас преметы и, подхватив Мариам за талию, усаживает на столешницу.
- Может, не к месту сейчас, - начинает несмело Мариам. - Но ты мою историю знаешь, а я твою - нет.
- Что ты хочешь узнать?
- Наталья как-то обмолвилась, что ты впервые приехал в Карелию залечивать душевные раны...
- Вот болтушка, - пытается перевести все в шутку Артем.
- Если не хочешь об этом говорить, я пойму.
- Да нет, там нет ничего такого. Теперь уже нет... А когда-то было, действительно тяжело. Еще в универе я влюбился в девушку. Она была умица и красавица, на два года старше... Я таскался за ней, как верный пес. Она сначала игнорировала, не обращала на меня внимания. А потом мы пересеклись на студенческой тусовке, и после само собой как-то закрутилось все. Мы стали встречаться. Она окончила универ, устроилась на работу в частную контору, а я еще учился и подрабатвал фотографом. Тогда это не считалось профессией, чем-то прибыльным и популярным. Мою первую камеру подарила мне мама. Я такой вдохновленный был... В общем, встречались мы с Ликой два года. Я ее замуж позвал, а она сказала, что полюбила другого и улетела с ним на Мальдивы. Вот как-то так.
Мариам непрерывно смотрит в глаза Артема, пытаясь понять, он все еще переживает о расставании или уже успокоился.
- А что было потом?
- Потом я окончил универ, некоторое время работал в фирме отца, но понял, что не мое это все. Совсем. И купил курс европейского модного фотографа, потом летал в Америку... в общем вдохновение захлестнуло, и я уволился с работы и начал фотографировать. Первое время шло туго, да и эмоционально было тяжело. Свадьбы снимаешь, а сам в своих мыслях... Потом я познакомился с Натальей. Она - троюродная сестра друга моего отца. Слово за слово, и она пригласила меня в Карелию. Говорила, что природа - это место силы.
- И ты поехал.
- Да, тогда впервые бросил все дела, собрал вещи, аппаратуру, и сорвался. Я словно в другой мир попал: тишина, связи нет, людей рядом нет... Прожил в лесном домике месяц. Наталься на первых порах помогала, потом освоился.
- Часто туда ездил?
- Пару раз в год. Однажды показал снимки другу, и он сказал, что это очень круто и надо организовать выставку. Мне тогда было необходимо щелкнуть по носу отца, показать ему, что я и без его помощи чего-то стою. Что я смог... Нашел агента, договорился. Потом были долгие подготовки... Это сейчас я уже в теме и отношусь ко всему спокойно.
Артем сжимает челюсти, вспоминая агента. Мариам ведет по его щеке ладошкой, словно желая забрать напряжение. Артем прикрывает глаза, подставляя лицо.
- А как ты решился отрастить бороду? - Вдруг спрашивает Мариам.
- Да как-то... само получилось. После очередной поездки в Карелию, пришел в салон, а мастер мне говорит: "Сейчас это модно. Давай оставим"? Да так и оставили.
- Тебе идет. Не представляю тебя другим.
Артем улыбается, тянется к ее губам. Еле касаясь, Артем сцеловывает улыбку Мариам. Хочется обнять, прижать крепче к себе, но ноги девушки скованы юбкой. Благо, есть разрез, и Артем, немного поднимая ткань, вклинивается меджу стройных бедер Мариам и притягивает ее к себе.
Мариам ползет ладошками по широкой груди Артема, обтянутой тонкой тканью рубашки. Сжимает пальчиками воротничок, прогибается, чтобы прижаться ближе.
Поцелуй становится глубже, языки сплетаются в страстном танце. Мариам льнет к Артему, обвивая руками его шею.