– Знаю, – наконец просвистела хаггедка. – Я смогу. Где она?
– Там. – Модвин зачем-то указал рукой направление. – Я пойду с вами, только… Не причиняйте ей вреда. Вы сможете? Прошу вас, скажите, что сможете.
Хаггедка поджала губы.
– Если…
– Пожалуйста, – тяжело выдохнул Модвин. – Она моя сестра.
Царевна должна была понять – у нее тоже есть сестры, даже много сестер, а у него, Модвина – никого, кроме Ортрун.
– Я постараюсь, – ответила хаггедка, с прищуром глядя ему в глаза.
Боль в затылке вдруг бесследно растворилась.
Царевна сделала еще глоток воды, прополоскала рот, сплюнула и содрала с бурдюка удерживающий пробку ремешок.
– Постойте, – пробормотал Модвин, – а что…
Она завязала узел вокруг голени и побежала вперед.
Модвин смахнул кистенем ворону, которая попыталась приземлиться хаггедке на спину, когда та наклонилась над обезображенным трупом. Ошметки и перья пришлось даже выплевывать. Царевна сорвала с мертвеца перевязь с короткими ножнами и перепоясалась, потом разула его, вытряхнула из сапога кинжал и заправила за ремешок на ноге.
Поймав щитом неизвестно откуда прилетевшую стрелу, Модвин огляделся по сторонам и собирался поторопить хаггедку, но неожиданно понял, что потерял ее из виду.
«Надо было сказать, что я помог ее матери сбежать из плена», – укорил он себя и встрепенулся, услышав неподалеку злобный человеческий рык.
Царевна достала из-под убитого всадника копье и, придерживая ногой тело, чтоб то не повернулось опять на живот, примерилась к весу оружия. Похоже, ее все устроило. Труп снова упал лицом в примятую траву.
«Я знал этого человека», – подумал Модвин, согнувшись над ним и восстанавливая дыхание.
Хаггедка с осуждением покосилась на его кистень и поворчала себе под нос.
– Что? – не понял Модвин.
– Не отставай.
Бой шел повсюду и как будто бы без всякого порядка. Люди сбивались в группы и прикрывались щитами, а поверх щитов им на головы и за шиворот прыгали взбесившиеся соболи. Другие вспарывали животы бросающимся на них волкам и получали стрелу в бок. На этой стороне поля, по которой Модвин бежал рядом с царевной, все было даже хуже, чем на той, где стоял владыка. Никто из его людей не совался сюда в одиночку. Они перестраивались, вовремя уходя под защиту оставшихся укреплений, и Модвин хотел бы как следует подумать об этом, но его то и дело отвлекал чей-нибудь рев.
Он как-то в детстве ездил с братом на охоту и видел мельком старого кабана. Еще он видел следы стада его сородичей и тогда обрадовался, что они их не встретили.
Теперь Модвин мог пересчитать кабаньи рыла, но ему не хватило бы пальцев обеих рук.
Самцы были молодые, с необсмоленной шерстью, и один из них, самый крупный, первым бросился на царевну, показывая пример другим. Хаггедка насквозь пробила его морду, выдернула копье за древко, широко размахнулась и резанула острием глаз смелого подсвинка. Модвин его добил. Остальные нестройным хором взревели, утыканные стрелами.
– Да это ж Ортрун Фретка! – заорал лучник владыки, когда Модвин опустил перед собой и царевной щит. – Тут они! Сюда! Господин!
Лучники хватались за мечи и дубинки – и умирали. Они пытались спастись бегством – и падали навзничь. Последний выстрелил и промахнулся. Хаггедка оставила в его груди копье, подняла с земли лук с колчаном и в кого-то прицелилась.
Модвин взглянул туда и увидел лишь тучу воронья вдали. Ему нужно было как можно скорее попасть к сестре. Он вздрогнул от этой мысли, когда царевна отпустила тетиву, но перед ней упала только пронзенная стрелой лисица. Модвин подошел ближе. Хаггедка снова натянула лук, вглядываясь в беспорядочное движение у кучи лошадиных трупов. Там отбивался от волчьей стаи вооруженный только мечом и совершенно одинокий Настас Хорева.
Модвин, узнав его, растерялся и опоздал.
– Зачем?! – вскрикнул он, когда царевна выстрелила в его союзника – назойливого, коварного и лично Модвину неприятного, но, мать его, все-таки союзника.
Хаггедка, искоса наблюдая, как волки заканчивают начатое, пожала плечами.
– Хороший меч.
Модвин больше не задавал вопросов, когда им с царевной приходилось сталкиваться с людьми. Сейчас для них все они – препятствия, для нее все они – враги.
Иногда он успевал предупредить своих и дать приказ возвращаться в лагерь, иногда был слишком занят, размахивая кистенем. Прикрывая хаггедку, Модвин пропускал почти все, что она делала, но это было и немудрено: царевна двигалась очень быстро. Он никогда не видел, чтобы женщина так легко обращалась с тяжелым мечом.