– То есть? – встряла Ортрун. – Всем перетрахаться?
Владыка, осмотрев поочередно присутствующих, словно всерьез задумался.
– Я не люблю брюнетов, – наконец сказал он, постучав пальцами по столу, – а госпожа Ясинта – берстонцев, так что едва ли будет толк.
– Берстонцы очень славные, – с нарочитой горячностью заверила посланница, – только не в постели. Без обид, друзья.
– Ну что вы, – легко отмахнулся владыка. – Впрочем, мы отвлеклись. Сложилось так, что родовое имя мне передать некому, но земля и имущество должны отойти достойному человеку. Я счел тебя, Модвин, наиболее достойным и, с учетом всех обстоятельств, безопасным выбором.
Даже огоньки в подсвечниках на мгновение замерли.
Посланница Ясинта медленно и задумчиво потерла шрам. У Ортрун было такое лицо, будто ей больше воздуха требовался дословный перевод. Модвин всем своим существом ощутил, как его макнули головой в политику. Освальд наверняка подавился бы от смеха.
Царица сдвинула черные брови и вопросительно кивнула Тильбе.
– Ты усыновить его решил?
– Нет, – подал голос Модвин и сам себя услышал будто сквозь толщу воды. – Владыка имеет право по своему усмотрению распределять владения, которые некому наследовать.
– Совершенно верно, – подтвердил господин Отто. – Кроме того, сейм, который должен был собраться этой зимой, признал бы власть владыки точно так же наследуемой. Сейм, который ты созвала, – продолжал он, коротко взглянув на Ортрун, – признал бы владыкой твоего брата. Вот здесь все и сойдется.
– Так бы и сказал, – негромко произнесла сестра.
– Ты не хотела слушать, – отрезал господин Тильбе и обратился к хаггедкам. – В остальном условия те же: уния через брак. Мой прямой наследник, – веско произнес он, указав на Модвина, и захотелось немедленно спрятать глаза, – и госпожа Нерис, теперь уже царица. – Она как будто хмыкнула. – Мы можем обсудить также...
– Я согласен, – ляпнул Модвин, глядя куда угодно, лишь бы не ей в лицо. Молчание затянулось, и он осторожно добавил: – Сейчас или никогда, правильно?
– Я сказал бы, – протянул владыка, – что чем раньше, тем лучше.
– Ну вот, – подхватил Модвин, все так же избегая смотреть на царицу. – А вы согласны?
Он хотел бы услышать, как она скажет «да» или буркнет «угу», хотя она могла бы даже просто кивнуть. Но надо ведь посмотреть на нее, чтобы увидеть, кивнет ли…
Когда Модвин встретился взглядом с царицей, она сидела, уперев палец в щеку и немного щурясь, а потом ткнула им в Ортрун и сказала:
– Она твоя сестра. – Ортрун изогнула бровь, но промолчала, а Нерис продолжила: – Значит, родная кровь. Значит, ее звери не причинили бы тебе вреда. Ты знал об этом?
Модвин, растерявшись, подумал: «А должен был?» – и честно выпалил:
– Нет.
Царица повела плечом и сложила на коленях руки.
– Хорошо, – сказала она. – Когда будет свадьба?
– Сегодня еще не поздно, – отметил владыка и обратился к посланнице. – Вы ведь проводите такие обряды ночью?
Госпожа Ясинта ответила ему по-хаггедски, они обменялись какими-то замечаниями и сдержанно рассмеялись. Модвин подумал: «Мне надо будет выучить этот язык», – и тут же сам испугался своей мысли. Господин Модвин Фретка, говорящий по-хаггедски. Говорящий Модвин Фретка. Что вообще происходит?
Царица Нерис, едва уловимо улыбаясь, отпила из кубка, и до Модвина начало доходить.
Он женится – наверное, даже сегодня. Он, Модвин Фретка, вступит, мать его, в законный брак – причем, по всей видимости, с самой настоящей хаггедкой. Вот она, перед ним, та самая женщина, которая только что была пленницей его сестры и перебила кучу его союзников. И как она это сделала!..
Господин Тильбе снова вдруг перешел на берстонский.
– Есть какие-то особые условия?
– Должна быть земля и течение, – ответила посланница, приподняв свой нетронутый кубок. – Вода.
– Тут, под стеной, подойдет?
«Канава?!» – осознал в панике Модвин и произнес вслух:
– Нет! – Четыре взгляда вперились в него со всех сторон, и пришлось сглотнуть дрожь в голосе. – Ручей хотя бы...
– Тогда надо будет проехаться, – предупредил владыка.
– Проедемся, – с готовностью сказала Ортрун и пожала плечами в ответ на немое удивление. – Не каждый день у меня братья женятся.
Да уж, в самом деле, подумал Модвин, только в тот раз невестой была одна из внучек позапрошлого владыки, а в этот…
Нерис, царица хаггедская, до дна осушила кубок и взяла второй у тетки из-под носа. Та, увлеченная обсуждением деталей обряда, вовсе не возражала. Модвин опустил глаза, чтобы убедиться, что им налили просто медовой воды – он не имел понятия, почему это важно и важно ли в принципе, но сосредоточил там все свое внимание, – а когда опять поднял взгляд, царица щурилась на него поверх кубка. У Модвина смертельно пересохло в горле.