– Бахшед, – шепотом выругалась Нерис. – Чего еще?
Модвин наспех заправился и неожиданно для самого себя впустил в комнату хозяйку дома.
– Простите мою неучтивость, – пролепетала Ирма, усаживаясь на самый краешек кресла, – но я не нашла другого способа поговорить с вами наедине.
Нерис, держа согнутой ногу, приподнялась на локтях и посмотрела на Модвина вопросительно. Тогда он начал потеть.
– Поговорить о чем?
Госпожа Хорева поежилась. Хмыкнув, Нерис постучала ладонью по кровати, а сама, когда Модвин сел, перебралась на подоконник, чтоб все трое друг друга видели.
– Вы попросили меня вернуться домой, – начала Ирма, печально глядя из-под припухших век, – чтобы я проследила за порядком на пушечном дворе. Видите, я все сделала. Они много успели. Это стоило больших усилий и денег – даже не представляю, сколько раз меня обманули. А будь жив мой отец, мне бы вообще не пришлось в это лезть. – Она посмотрела в сторону окна. – Я знаю, что вы его убили.
Нерис нахмурилась, потом вскинула бровь, припомнив, видимо, о чем именно речь, и сказала спокойно:
– Я защищалась.
Модвин потер колени. Действительно, господин Наум, охотник сраный, нарвался сам. С Настасом все было сложнее. Наверное, Мать матерей проявила свое милосердие, позволив из всех присутствующих одному только Модвину иметь в голове полную картину его гибели. Этой-то голове все равно уж не знать покоя.
– Во-первых, да, – пробормотал Модвин и прокашлялся, – во-вторых, я вроде бы упоминал в письме возмещение расходов. Если дело…
– Не в этом, – перебила Ирма. – Простите. Я не с того начала.
Нерис усмехнулась.
– Точно.
– Так что случилось? – тяжко выдохнул Модвин.
– Моя невестка, – с плохо скрываемой злобой ответила Ирма. – Хотя теперь, после Настаса... Я уже не хочу называть ее невесткой. Она на похороны приехала. Не беременная. Поэтому отцу и брату наследую только я. Вы же видели Мухоморчика?
Модвин и Нерис заговорили вместе:
– Да...
– Сложно не заметить.
Госпожа Хорева кивнула.
– Вот-вот. Здоровенный и глупый. А она настаивает, чтоб я за него вышла, как будто бы это для моей безопасности. Знаю я эту безопасность. Еле отбилась от ее братца на конюшне.
На короткий миг Модвин даже оторопел.
– Это же преступление...
– Которое очень трудно доказать, – спрятав ладони в рукава, сказала Ирма. – И мне совсем не хочется, чтоб было что доказывать, понимаете? Я теперь сплю с кинжалом и двумя служанками. Закупорила у себя все окна. Господин Мышецкий каждую ночь ставит стражу возле моих дверей – не знаю, что бы я без него делала. – Девушка снова поежилась и посмотрела по очереди на Модвина и Нерис. – Помогите, пожалуйста. Придумайте что-нибудь. Если вы их даже убьете, я не разозлюсь.
Хоревская усадьба была всего лишь двухэтажная, поэтому после этих слов Модвин вполне мог ожидать, что Нерис с подоконника выпрыгнет сразу наружу и там где-нибудь отыщет Мухоморчика. Однако она только скрестила поджатые ноги и с задумчивым видом сощурилась. Модвин, забыв почувствовать облегчение, сосредоточенно почесал колючую щеку.
Ирма оказалась в таком сложном положении из-за него – из-за того, что он не осведомился о ситуации, прежде чем просить помощи у четырнадцатилетней сироты, – так что теперь ему и следовало разбираться. Это вполне справедливо. К тому же, неизвестно, как скоро помощь из Хоревы может понадобиться вновь – лучше бы тут все было мирно. Нельзя подводить людей, которые для тебя старались, потому что в следующий раз подвести могут они.
Потея, Модвин начал перебирать варианты. Невестка не беременна, значит, есть законное основание, чтобы…
– Она же вдова без детей, – сказала Нерис, опередив его мысль. – Ты можешь ее выгнать.
Ирма пожала плечами.
– Как? Вытолкать за ворота? Я уже намекала. Она делает вид, что убита горем, а остаток сил вкладывает в заботу обо мне.
Модвин вытер взмокшую шею и пробормотал:
– Не надо намекать. – Он, наклонившись вперед, сцепил ладони под подбородком и посмотрел в стену, увешанную миниатюрами с изображением сцен господской охоты. – Давайте поступим так: завтра я все скажу им как есть. Пусть знают, что я знаю, и проваливают откуда явились.
– Вы…
– А вы тоже пока соберите вещи. Мышецкий проводит вас в Сааргет и вернется сюда присмотреть за порядком в ваше отсутствие. – Модвин выпрямился, насчитав у борзой с последней миниатюры всего три лапы, и снова взглянул на взволнованную Ирму. – Надеюсь, присутствие уже возымело достаточное действие.
А если не возымело, мысленно добавил он, так серебро возымеет, особенно если хорунжий будет рассыпать его, наматывая по пушечному двору круги на крылатом вороном коне.