- Встречаешь своего котика в полотенце? – Его губы расползлись в мерзкой усмешке, точно он еле сдерживал вырывающийся хохот.
Но сам того не осознавая, он кинул мне лазейку. Так уж устроено, что мозг мужчины работает лучше женского, но лишь до одного момента, пока она не обнажится. Тут уж место главной головы, начинает работать второстепенная. Недолго думая, я распахнула полотенце, демонстрируя себя во всей красе. Вода еще стекала с моих волос, попадая на грудь, что вызвало легкий озноб. Ощутив прохладу, мои соски тут же набухни, приковывая к себе мужской взгляд. Его взгляд темнеет, отчего становится не по себе. Я точно маленький Бэмби, на которого охотится волк.
Сорвавшись с места, Чон налетает на меня, подхватывая на руки. Я рефлекторно обнимаю его ногами, руки сжимают полотенце на груди, пытаясь прикрыться им, точно это могло меня спасти. Осознав, что он несет меня в спальню, я схватилась рукой за дверной косяк, впивая в него ногтями до ноющей боли на кончиках пальцев.
- Пойдем на кухню? Хочу это сделать на столе, - продолжаю закапывать саму себя.
- На кухню? – Чон прищуривает глаза, пытаясь найти шутку в моей фразе. – А если увидит Гук?
- Пусть его зависть до конца разобьет эго. Разве не видишь, как он хочет все, что принадлежит тебе? Так пускай видит, что он ничего не получит.
То, что я увидела в его глаза сопоставимо с тем, что дать ребенку с ангиной мороженное в сильную жару. И хочется, и колется, но желание преодолевает верх. А чувство маленькой пакости заставляет хотеть съесть весь килограмм разом.
Чон сжимает мои ягодицы до болевого стона, оставляя на них алые пятна от своих пальцев, и уверенно шагает вниз, предвкушая, как нагнет меня над кухонным столом. Я знаю, что аукнется мне это еще большей болью, так как мне не хочется секса. Проникновение на сухую может быть очень неприятным. И это все ради Гука? Зачем я вообще помогаю ему? Ведь даже не уверена, что доверяю хоть одному из братьев. Если бы не желание докопаться до правды, сидела бы уже в поезде по дороге в родной дом и ощущала бы спокойствие на душе.
Когда мы заходим на кухню, яркий свет солнца заставляет меня зажмурить глаза. Сетчатка за последнее время сильно привыкла к полутьме, поэтому я ощутила жуткое жжение. Чон усадил меня на стол и слегка раздвинул мои бедра, делая несколько шагом назад, точно желая увидеть, как сочится мое сокровенное место от жуткого желания. Но из жуткого желания, было лишь жуткое предчувствие. Я смущенно смыкаю колени и поднимаю на него молящий взгляд, в надежде, что он поймет мои мысли, но парень идет напролом. Он быстро преодолевает короткое расстояние между нами и врезается в мои губы с уже привившимся ему остервенением. Мне остается лишь бултыхаться в его объятиях, точно тряпичная кукла.
Ощущаю его руки повсюду. Они мнут, сжимают, поглаживают, но продолжаю чувствовать лишь отвращение. Когда все успело так поменяться? Раньше ведь я доверяла ему, позволяла ласкать себя и мне это нравилось. Теперь же, если интима не миновать, я лишь хочу, чтобы это быстрее закончилось, даже если придется имитировать оргазм.
Слышу звук расстегивающейся молнии, через мгновение ощущаю, как он пытается вставить головку. Зажмуриваюсь, готовясь к боли, когда вдруг слышу кашель немного сбоку. Чон разворачивается в сторону спустившегося Гука, даже не пытаясь прикрыть свои гениталии.
- Спрячь своего Циклопа и не позорься. Не хочу, чтобы девушка решила, что у всей нашей семьи комплексы неполноценности, - тон, с которым говорил Гук, заставляет мое тело покрыться мурашками.
Я судорожно запахиваю полотенце, пытаясь даже не смотреть в его сторону.
- Если ты не понял, то мы тут немного заняты, - Чон откровенно намекал брату, чтобы тот ушел, но Гук продолжал стоять с невозмутимым видом.
Эта неловкость, как мне показалось, могла сыграть мне на руку. Спрыгиваю со стола и быстро несусь вверх по лестнице. Смущение – идеальный повод для успешного побега.
- Ты обломал мне шикарный секс, - последнее, что я слышу от Чона, пока не скрываюсь в комнате.
Шикарный секс? Очень громко сказано. Скорее это можно сопоставить с игрищами с резиновой куклой, и то от нее, наверное, было бы больше энтузиазма.