Джейсон в колледже. Он не может оказаться дома. Ему лучше не слышать вой сирен. Он не должен слышать вой сирен.
Но Джейсон был дома. И полицейские сообщили ему, стоя под дождем, что его отец мертв. И их слезы смешивались с холодными каплями дождя. Эллиот плавал на яхте в океане, когда внезапно разыгрался шторм. Он утонул в бурных волнах. Они только что обнаружили его тело. На Эллиоте был жилет безопасности.
– Но если на нем был жилет безопасности… – поспешно возразил Джейсон.
– Наверное, он получил удар в голову и упал за борт, – тихо объяснил офицер полиции. Он знал, что это правда. Он видел тело. И рану на голове.
Джейсон долго молчал, уставившись на полицейских. Его глаза выражали неверие и ужас. Они стояли молча какое-то время – офицеры полиции, принесшие ужасное, трагическое известие, и Джейсон, обожаемый сын, невинная жертва. Еще одна невинная жертва карающего шторма. И пока они стояли, молча, не шевелясь, дождь становился все сильнее, он промочил их насквозь, и было холодно, но они не чувствовали ни дождя, ни холода, потому что в душе у них была ледяная пустота.
Чарлз ехал в Уиндермир в машине через плотную завесу ливня и заставлял себя сосредоточиться на опасной, скользкой от дождя дороге и не думать о том, почему он оказался в Саутгемптоне. Чарлз не знал почему. Точно такое же чувство поспешной необходимости, из-за которого он уехал из Кении, заставило Чарлза покинуть уютную, теплую роскошь его пентхауса в Манхэттене, выйти в неистовый летний ливень и мчаться на бешеной скорости в Уиндермир к Эллиоту и Джейсону…
Приблизившись к кирпичным столбикам перед въездом в Уиндермир, Чарлз увидел стоявшие там полицейские машины из Саутгемптона. Он остановил свой автомобиль на некотором расстоянии от виллы и бросился к дому через лес, продираясь через заросшие проходы, где они с Джейсоном проводили удивительные часы в разговорах и играх. Когда Чарлз вышел из леса на изумрудно-зеленую лужайку, его одежда была насквозь мокрой и разорванной, а лицо и руки – поцарапанными.
Чарлз прищурил глаза из-за лившего стеной дождя и посмотрел на виллу, построенную в георгианском стиле. Перед входом в дом находились еще несколько полицейских машин. На пороге под дождем среди полицейских стоял Джейсон.
– Сынок, – полицейский дотронулся до плеча Джейсона, – пойдем внутрь. Должно быть, нам придется кому-то позвонить…
– Мой брат в Африке, – в оцепенении прошептал Джейсон.
«Ах да, – вспомнил офицер, – ведь есть еще один сын».
Но тот сын, темный близнец, исчез из Уиндермира. Никто в Саутгемптоне не знал почему, но ходили слухи, что Чарлз, должно быть, совершил что-то ужасное.
Полицейский взглянул на Джейсона, обожаемого сына Эллиота. Джейсон был раздавлен горем, а единственный родственник, который у него остался, сейчас был в Африке. Офицер попытался отвести Джейсона в дом. Но Джейсон начал сопротивляться, вывернулся и почему-то уставился в сторону леса. Далеко, расплывчато из-за стены дождя…
– Чарлз, – прошептал Джейсон.
– Мы постараемся связаться с ним, сынок, – участливо сказал полицейский. – На это может уйти несколько дней.
– Чарлз! – Джейсон бросился навстречу приближающемуся силуэту. Полицейский последовал за ним.
– Джейсон, – тяжело дыша, промолвил Чарлз, когда братья встретились внизу лестницы из красного кирпича. – Что случилось?
– Отец…
– Что?
– Он мертв, Чарлз.
– Нет! Господи, нет…
Полицейский наблюдал за ними с профессиональным интересом, в его голове крутились вопросы и разные версии. Разве не странно, что этот сын, от которого отрекся отец, чудесным образом появился – из Африки – всего несколько мгновений спустя после смерти Эллиота? Почему одежда Чарлза насквозь мокрая и разорвана? Почему все его лицо исцарапано? Почему он шел сюда через лес? Где он был сегодня, например, в тот момент, когда Эллиот Синклер получил смертельный удар в голову?
Казалось, Чарлз действительно потрясен известием о гибели отца. И, тем не менее, полиции нужно проверить алиби Чарлза. Они смогут начать проверку сегодня же… Через день или два, если будет необходимо, они зададут ему вопросы. А пока что, поскольку нет оснований подозревать Чарлза, он останется в имении вместе со своим братом, который и расскажет ему подробнее о смерти отца.
Братья вошли в дом, а полицейские вернулись к украшенному колоннами входу в Уиндермир, чтобы оградить осиротевших близнецов от неизбежной атаки прессы. Только это и могли сделать полицейские для братьев Синклер.
Чарлз и Джейсон сидели в полном оцепенении и тишине на противоположных концах софы в гостиной. Наступившие сумерки погрузили виллу во тьму.
– Почему ты приехал сюда сегодня? – наконец нарушил молчание Джейсон.
– Не знаю. – «У меня было ощущение, что я нужен тебе». – Просто я должен был приехать.
– Но ты знал о… до приезда сюда ты знал о том, что случилось?
– Нет.
Мрак скрывал их лица, скрывал выражение их глаз.
Затуманенные скорбью мысли крутились в голове Джейсона. Он уже больше не знает своего брата-близнеца. Они не были близки в течение стольких лет. А сейчас, в этот трагический момент, Чарлз чудесным образом снова появился здесь. Почему? Почему Чарлз уехал? Почему он вернулся? Джейсону необходимо это знать.
– Что произошло между тобой и отцом? – спокойно спросил Джейсон.
– Когда?
«Четыре года назад, – подумал Джейсон и пожал плечами. – Нет, я даже не могу думать об этом».
– Когда ты уехал, четыре года назад.
– Ничего. Не знаю, почему он заставил меня уехать.
– Отец не мог так поступить – заставить тебя уехать! – возразил Джейсон. «Не лги мне, Чарлз, пожалуйста».
– Ничего не произошло, Джейсон.
Джейсон слышал резкость в голосе Чарлза, но не мог видеть его лица. Чарлз злится. Потому что Джейсон задел его за живое? Или же он расстроен, так же как и Джейсон, из-за нелепой, трагической смерти Эллиота?
«Я должен доверять ему, – подумал Джейсон. – Даже, несмотря на то, что он никогда не скажет, почему отец отрекся от него или почему он оказался здесь сегодня. Я стану доверять ему».
– Почему он должен был умереть, Чарлз? – сломленным голосом спросил Джейсон.
Чарлз не ответил, но в его голове постоянно крутились слова антрополога, которого он встретил в Кении: «Близнецы имеют сверхъестественную власть – в хорошем и плохом смысле – над природой. А вы с братом…»
Он начал дрожать, ощущая холод от насквозь промокшей под дождем одежды и от ледяного ужаса, вызванного смертью отца.
– Нам лучше пойти переодеться и чего-нибудь поесть.
– А что с журналами? – спросил Джейсон, тоже дрожа от холода, переживаний и страха. Что будет с любимой компанией Эллиота и с его замечательными журналами?
– А что с ними?
– Отец сказал, что четыре года назад ты получил все положенное тебе наследство и что ты никогда не сможешь владеть какой-либо частью «Издательской компании Синклера».
– Если только не куплю какую-то долю.
– Он сказал мне, – медленно продолжал Джейсон, – чтобы я никогда не отдавал и не продавал тебе даже малую долю «Издательской компании Синклера».
У Чарлза перехватило дыхание. Почему Эллиот так сильно ненавидел его? В Кении Чарлз смирился со своим одиночеством. Но сейчас, когда он оказался в этом доме, где его никогда не любили, старая боль вернулась.
– Полагаю, я унаследую всю издательскую империю, – осторожно продолжал Джейсон.
– Думаю, да.
– Я не могу руководить компанией, если рядом не будет того, кому я мог бы доверять, кто знает обо мне все, у кого есть такая же интуиция главного редактора, как у Эллиота.