Так, например, если стая решится сняться с места, то Советник будет обязан бросить все и уехать вместе с оборотнями. Так же Советник обязан быть в зоне доступа вожака. А это значит жить на территории стаи, всегда быть на связи и быть готовым приехать в любое время дня и ночи. Более того вожак мог наложить запрет на отношения Советника, к примеру, с приближенными другой стаи, клана. И здесь речь даже не самих вампирах и оборотнях. Замуж бы Милу насильно никто не выдал, но жизнь этот милый договор мог попортить знатно, и она не хотела добровольно надевать на себя поводок, снять который могла лишь смерть одной из сторон.
Предчувствие Миры, что дело не ограничится разовой акцией, подтвердилось, когда на телефон Милы стали поступать странные звонки. Сколько бы она их не блокировала, не заносила номера в черный список – телефон продолжал звонить, а стоило снять трубку, как вызов прерывался. Это можно было бы назвать детским садом, если бы подобные шуточки не оказывали вполне ощутимое давление на психику.
Следом за звонками, а точнее почти вровень с ними, началась слежка. Мила, да и сама Мира, чувствовала на себе взгляды. Не всегда. Но именно в те моменты, когда они расслаблялись. Только наступало затишье, как в их спины ввинчивался острый как лезвие кинжала взгляд.
Словно в подтверждение своих предположений сестры стали находить короткие записки.
«Это зеленое платье тебе к лицу»
«Твоя сестра все время пьет чай, да?»
«Опаздывать на работу не хорошо. Ай-яй-яй»
И опять они не могли с ними никуда пойти. Ни в полицию, ни в Совет. Текст был напечатан самым обычным шрифтом на самой обычной бумаге.
Мира злилась, но не могла не отдать должное преследователям. Поцарапав ей машину, или же подсунь они тушку окровавленного зверька им под дверь, у Белых появился бы повод, а так их преследователи продолжали тонко играть на их нервах, заставляя сестер постоянно оглядываться, бояться каждого шороха и ожидать чего-то большего.
XI
Бойтесь своих желаний, ибо они могут исполниться.
Чего хотела Мира больше всего? Чтобы все наконец– то закончилось. Закончились бесконечные звонки. Ушло напряжение, ожидание подножки.
Ее желание исполнилось. Уже несколько дней в их жизни царила тишина. И тем страшнее прозвучал короткий звонок от сестры и ее испуганное: «Ты где?».
Не успев ответить, Мира уже слушала гудки в трубке, ощущая нарастающую панику. Пальцы заскользили до дисплею, набирая последний вызов – ничего. В ответ одни гудки. И так по кругу. Вызов – гудки. Вызов – гудки. Нутро сжала ледяная костлявая рука.
– Артем, – Мира до последнего старалась сохранить спокойствие и не сорваться на бег. – У вас есть какие-нибудь колдовские штучки для связи друг с другом?
– Нет, – Белецкий оторвался от бумаг, растерянно смотря на ворвавшуюся в его кабинет Мирославу, – а для чего?
– С Милой не могу связаться.
– Телефон?
– Не берет.
Артем нахмурился. Постучал пальцами по столу. Встал и кивнул на выход.
– Идем.
Бросив по пути пару поручений, он вместе с Белых покинул офис.
– Ты можешь почувствовать сестру по вашей связи?
– Не пробовала, – призналась Мира, заводя машину.
– Попробуй сейчас.
Мира попыталась восстановить дыхание, прислушаться к себе. Выходило плохо. Эмоции кипели. Хотелось затолкать из поглубже, чтобы не мешались.
– Ну как?
– Да никак, – огрызнулась она, понимая, что вновь все делает не так. Ей не нужно было пытаться обуздать эмоции, вновь закрываясь. Наоборот, стоило отпустить себя, но она не могла. Не справлялась.
Ударив несколько раз по рулю и зашипев раздраженной кошкой, прикусила губу, насмехаясь в душе над собой. Преодолела себя? Пожиратель? Взяла дар под контроль? Дура!
Злость затапливала изнутри подобно обжигающей кислоте, а Мира и не пыталась убедить себя в обратном. Не пыталась найти плюсы, посмотреть на ситуацию под другим углом. Она просто падала и не видела дна.
Выжигающая боль под солнечным сплетением сплелась в узел, осела тяжестью и вместе с ней пришло осознание:
– Дом. Она дома.
Хриплый голос не удивил. Резко выкрутив руль, она едва не отправила машину в занос, выезжая с парковки. В голове билось лишь одно слово «быстрей».
Еще никогда дорога до их дома не казалась Мире такой длинной. Минуя лифт, она взлетела по лестнице, перепрыгивая ступеньки. За спиной слышался топот чужих ног. Не проронивший больше ни слова Артем следовал за ней тенью, а она и забыла о нем.