– Можешь не обращать внимания на эту приписку, – отмахнулся Хейс, располагаясь на диване в гостиной. Он с любопытством рассматривал все вокруг, вертя головой и ни капли себя не сдерживая.
– Как я могу? – губы расплылись в ехидной улыбке. – Закс успел нас просветить об особенностях ваших пригласительных. Чуть ли не предложение руки и сердца описал.
– Правда? Хм. Как интересно, – Итан вернул свой взгляд на девушку, склонив голову вбок. – А он не говорил о том, как многие на самом деле используют эту возможность.
Мира закатила глаза, переняла эту привычку у сестры, и вздохнула, покачав головой.
– Рассказывай, давай, дружок. Жги.
Итан рассмеялся.
– Жечь не буду. Про пригласительный правда. Изначально это было сделано для того, чтобы в безопасной обстановке показать своему окружению и соседям своего избранника или близкого человека. Бизнес партнер, друг, член семьи. Не важно. Главное суть. Мое, не трогать иначе будет очень больно. Но дураков везде полно и очень скоро вампиры начали изворачиваться и тут.
– Каким образом?
– Например, нужно отвести подозрения от некоего человека, с которым ты близко общаешься, но не достаточно близко, чтобы сделать последний шаг и рассказать ему о себе. Все же вампиры не сухари и вполне могут строить семьи с людьми. Сама понимаешь на лжи в таких отношениях далеко не уедешь. Тем более в идеале все всегда заканчивается обращением избранника. Иначе, зачем вообще что-то затаивать?
– Ну вот, а говорил, что с едой не спите, – попыталась подколоть его Мира, но Итан усмехнулся и, протянув руку, постучал пальцами по ее плечу, выбивая одну ему понятную мелодию.
– Ты меня не слушаешь, – сказал Итан мягко, неторопливо убирая руку. – Я говорил о последнем шаге. Зачем вампиру переживать, что может найтись какой-нибудь доброжелатель и «помочь» рассказав, а еще лучше показав другому всю правду жизни? Вампиры не едят того с кем спят или собираются спать. Подобные истории из разряда «случайно, но факт!» или вампиры там не совсем… нормальные. По-разному бывает, – пожал он плечами, откидываясь на диване, уперев голову о костяшки пальцев.
Мира попыталась проигнорировать его расслабленный взгляд из-под полуопущенных ресниц и легкую лукавую улыбку.
– То есть, чтобы никто не узнал о намечающейся половинке, они ведут на бал подставного персонажа? – спросила она, постаравшись незаметно прочистить горло.
– В точку.
– Вампиры такие вампиры, – фыркнула Мира, поднимаясь с дивана. Рот продолжал ощущаться как пострадавшая от засухи земля, и стакан прохладной воды был ее единственным желанием в данную секунду. На ее замечание Итан едва слышно усмехнулся и не покинул своего места.
Выпив воды и постояв несколько мгновений глядя в окно, Мира тряхнула головой, прежде чем вернуться в гостиную, на ходу спрашивая:
– Ладно. С Милой все понятно. Но почему тогда я «дама»? Ведь как я понимаю, графа «друг» там тоже присутствует. Тоже для отвода глаз?
Вампир помолчал с несколько секунд скривив губы, но все же ответил:
– Любопытная. Не совсем.
Мира в этот раз не торопилась садиться рядом. Подвинув кресло-мешок, она приземлилась на него, удивленно приподняв брови.
– Поясни, я же теперь спать спокойно не смогу.
Итан сел на край дивана, облокотившись на колени, сцепив руки в замок. Его глаза продолжали неотрывно следить за Мирой.
– Чтобы понимали, какой уровень проблем прилетит им в ответ за причинение вреда именно тебе.
Мира встретила взгляд Хейса пытаясь прочитать серо-голубые глаза напротив. Не успешно. Серьезные, решительные. Они скрывали истинные мысли не хуже стальной двери сейфа. Хотя Мира сомневалась в своем умении проникать в чужие помыслы. Вздохнув, она признала поражение – разгадать истинный мотив его поступка ей не удастся.
– Значит «дама» и тут в дамках.
Уголки губ Хейса дрогнули.
– Не понимаю о чем ты, но да. Дамы и кавалеры неприкосновенны. За них поплатится не один идиот, что посмел напасть, а весь клан.
– С друзьями не так?
– Нет. За друзей платят все причастные.
Клан или соучастники – Мира не видела разницы. Видимо, очередная блажь бессмертных.
– Ладно. С чего конечно такая забота мне не понятно, но тебе видней.
– Разумеется, видней, – передразнил ее Хейс, после чего нахмурился и спросил. – Вольфганг говорил вам о Романовых?
– О ком?
Мира чуть сдвинула брови пытаясь вспомнить. Потом покачала головой.