– Опять ограничился общими фразами, – вздохнул вампир, принимая ровное положение. – Романовы – стая оборотней, что доставила вам проблемы, – на такой корректной во всех отношениях формулировке растерявшаяся было Мира неожиданно для себя фыркнула, поморщившись. – Точнее причина была в младшем щенке вожака.
Раздражение резко сменилось удивлением.
– Погоди, младшем щенке? – уточнила Мира, боясь ошибиться. – Это ведь о родном ребенке? Но ведь оборотнями не рождаются.
– Не рождаются, – подтвердил Хейс. – Лет в семнадцать они проходят обряд обращения. По желанию, разумеется. У Романова трое детей. Два сына и дочь. Все обращенные. Все альфы.
– У– у, – протянула Мира, уже кое– что понимая. – Борьба за власть?
Итан кивнул.
– У альф тоже есть своя иерархия. Вот только сила и статус там в голову не хуже гормонов бьет. Не так– то уж и легко склонить голову. А тут еще родная кровь, да и возраст…
– Возраст?
Итан поднялся на ноги, неторопливо разминая тело. Подойдя к открытым дверям балкона, он повернулся к ним спиной, оказываясь одновременно на свету и в тени от чего его черты моментально стали резче привлекая чужой взгляд.
– И возраст, – повторил. – Младшему щенку только-только исполнилось двадцать, когда старшему почти тридцать. За плечами армия, звание мастера спорта и прочее, прочее, прочее, – Итан махнул рукой и чуть поморщился. – Даже при условии что сестра никаким боком за власть бороться не намерена, младшему дотянуться до уровня брата… Следовательно и о должности вожака можно забыть. Ни силы, ни стрежня, ни уважения в стае как у брата у него не было.
– Не было? – зацепилась за слово Мира, внимательно разглядывая пузатую вазу-аквариум, где в воде росло какое-то растение с широкими мясистыми листьями.
– Как показало расследование, этот младший Романов решил таким образом заиметь себе авторитет в стае. Провернул все втихушку. Помогали ему всего несколько оборотней. Дружки, да те, кто с детства рядом был. Наставники, охранники.
Мира кончиками пальцев размяла межбровье. Резко хмыкнув, подняла голову и посмотрела на вампира.
– Типа не можешь обезвредить возглавь?
Тот пожал плечами, отвернувшись.
– Возможно. Последняя их акция, кстати, не вписывалась в план. Паренек приказал только припугнуть вас, а как именно не уточнил. Да вот только сыграло приближающееся полнолуние и волчье безумие. Вот и получилось что получилось.
Это звучало так просто, что было еще более отвратительным. Чьи-то амбиции, не сформулированный до конца приказ – в итоге пострадавший прохожий. На душе стало мерзко.
– И что дальше?
– А ничего. Собрали доказательства, и пошли на поклон к старшему сынку. Думали, он сам угомонит брата.
– А он?
Мира вовремя повернула голову, чтобы увидеть ухмылку на лице Итана. Нехорошую. Холодную. Жестокую. Почувствовав озноб, Мира встряхнулась, но глаз не отвела. Это все еще был Хейс, а то, что тот белая овечка, она никогда и не думала.
– А он и угомонил. Всех разом, – ответил Итан ласково.
– И своего собственного брата?
– Он защищал стаю. Такой под удар не только себя, всех подвести может. Представь на секунду, что у него все получилось. Сестру бы твою как предателя судили и казнили. Лебедевы бы объявили войну Романовым и подписали себе смертный приговор. Но поступить по-другому не смогли бы. Ни волчья дурость, ни здравомыслие бы не позволили.
– Почему здравомыслие?
– Да потому что если бы они стерпели, смолчали на них бы постоянно стали нападать, пока не истребили и не лишили бы территории. А так все остается на откуп победителя. Подрали бы, убили некоторых, но женщин и детей бы не тронули. Стая бы осталась жива.
– Сложно все это, – вздохнула Мира, прикрыв глаза, впервые подумав о перспективах другого исхода. До этого все ее мысли были о собственной стороне.
Итан подошел ближе и, положив руку на ее голову, слегка погладил по волосам.
– Вот и не забивай себе голову. Лучше решай, в чем на бал пойдешь.
Неуверенно отдергивая серебристую ткань платья, Мира мысленно материла на чем свет стоит всех по очереди. Большая часть доставалось самой себе, ибо, как последняя дура, она позволила сестре уговорить себя на небольшую «шалость». Миле показалось весьма оригинальной идея обыграть тот факт, что они близнецы.
В результате долгих уговоров и очередной капитуляции Мира оказалась одета в длинное платье-сорочку с крупными серьгами-жемчужинами. Кое-как отстояв длину волос, теперь она красовалась тугим низким пучком, в то время как голову сестры украшала зализанная прическа с кучей невидимок. Шалость удалась – если не присматриваться и не разговаривать, сестры стали точным отражением друг друга.