Стараясь спрятаться от этой пустоты, Мира все чаще стала пропадать в «вампирском логове». Удивительно, но это место было чем-то средним между штабом и местом сбора клана Кровавой луны. Именно здесь крутились самые свежие сплетни и новости. Именно тут принимались самые важные решения. Странным было то, что за это время ни Вольфганга, ни сестры Мира там так и не увидела. Ходя с другой стороны этому было довольно таки простое объяснение – наверняка вампир знал куда более подходящие места для свиданий, чем это.
Зато Мира теперь поименно знала верхушку власти клана, вот только не знала радоваться этому или нет. Кроме Хейса и Лурье в Кровавой луне было еще два Князя и в отличие от первых они имели не только статус, но и фактическую власть.
Иван Вишневский, отец того самого Павлика с которым Мира познакомилась в первое свое посещение логова, был правой рукой Закса. Хотя слово «создатель» больше подходило для описания их связи. Павел не был биологический сыном Ивана, и Мира не знала, по какой причине Вишневский обратил девятнадцатилетнего юнца, да и не хотела знать, вот только отношения у этой парочки были, откровенно говоря, отвратительными. Казалось, все поступки Паши от мало и до велика были сделаны в пику «отцу». Другой же в свою очередь всеми доступными методами пытался укротить строптивца.
Свою Звезду Павел в тот вечер все же проиграл. Новым обладателем права на обращение стал, как ни странно, Хейс вступивший в игру во втором туре. Все это послужило впоследствии поводом для громкого скандала между отцом и сыном, о чем и поведала Мире Анастасия. И надо сказать не без ехидства. Вишневский ей не нравился чего она не скрывала.
Мира смотря на лысоватого мужчину за пятьдесят, не особо понимала причины такого отношения, но опять же не спорила. В конечном счете, тихие и незаметные не смогли бы дослужиться до звания Князя и положения правой руки Главы.
Ситуацию немного прояснил Хейс, рассказав, что Анастасия Лурье, фамилия принадлежала ее последнему мужу, сей факт порядком озадачил Миру, при рождении была дворянкой, в то время как Вишневский занимал некую должность уже при Брежневе, а на коммунистов у вампирши была острая форма аллергии.
Но куда больший когнитивный диссонанс вызвала у Миры Марина Павлова. Она же левая рука Главы клана. Она же Карающая длань. Она же начальник безопасности Кровавой луны. Невысокого роста с облаком тугих каштановых спиралек на голове, с обворожительными ямочками на широком открытом лице. Само очарование снаружи и отбитая стерва внутри.
Госпожа Павлова, и никак иначе, терпеть не могла само слово слабость. По странному стечению обстоятельств под это определение подходило все: от неспособности выполнить работу в поставленные сроки до необходимости подчиняться законом мироздания.
Вы опоздали на работу! Вы умерли? Ваши проблемы – вы должны были быть здесь еще вчера!
Но особое отвращение у Павловой вызывали представительницы слабого пола. К ним она относилась в разы строже, чем к остальным и, не скрываясь, уничижительно– презрительно проходилась по их умственным способностям каждый раз, когда видела. Попасть в черный список госпожи Павловой было довольно легко. Достаточно было не устроить сцену, если тебе помогли донести тяжесть, открыли дверь или, еще хуже, сделали комплимент. А если несчастной не посчастливилось признаться в желании тихого женского счастья – тут Павлова смотрела так, словно ей подсунули под нос кусок дерьма.
Если с Вишневским у Миры отношения отсутствовали как факт – банальный обмен приветствиями при встрече, то с Павловой у Белых был вооруженный нейтралитет. Они не здоровались, игнорируя друг друга. Разве что Павлова позволяла себе время от времени презрительное фырканье при ее виде, а Мира в такие моменты закатывала глаза, покачивая головой.
Даже без предупреждений Итана и Лурье она предпочитала держать свое мнение при себе. Кудрявая коротышка одним своим появлением умела создать тишину среди толпы вампиров. И отнюдь не красивыми глазками. Так что Белых предпочитала молчать и держаться подальше от прямолинейной и резковатой на поворотах карьеристки. В конечном счете, выжить в обществе интриганов любителей с таким характером можно было только одним способом. И Мира не сомневалась, путь Павловой к вершине власти был выстлан далеко не цветами и шелками.