Ей хотелось поднять голову и взглянуть в его лицо, но Хейс держал крепко.
– Это вообще ни капельки ничего не объясняет, – пробурчала она в его плечо.
– Это объясняет самое главное. Если бы ты не захотела, я бы пальцем тебя не тронул, я не насильник. А мое я никому не отдам.
– Не насильник, но воспользоваться состоянием нестояния тебе совесть не помешала, – фыркнула Мира, опуская вторую фразу до поры до времени.
– Ну я ж вампир. Темнейшая тварь без совести и принципов, – хохотнул Хейс, продолжая удерживать ее в своих объятиях.
Стоять было неудобно, и Мира завертелась. Неохотно, но он все же ослабил хватку, позволяя ей чуть отстраниться, но не покинуть его рук.
– Ладно. И что дальше?
– А что дальше? – Итан улыбнулся, погладив большим пальцем ее щеку. – Дальше душ.
Белых нахмурилась и стукнула вампира по груди.
– Черт. Я серьезно.
– Если серьезно, то все серьезно. Как насчет свидания? После душа, разумеется, – руки мужчины скользнули вниз и принялись развязывать халат. Остановив его, Мира сделала грозное лицо.
– Какое еще свидание? Я после вчерашнего еще не отошла. И кстати, где твое похмелье? Почему только я страдаю?
– Вампирская регенерация, – Итан буквально лучился самодовольством.
– Блин. Читер.
Хейс рассмеялся и поцеловал Миру в кончик носа, чем вверг девушку в шок.
– Привыкай, – шепнул он, с видом победителя скидывая с ее плеч халат.
Это было странно. Со стороны их отношения не изменились. Итан не дарил цветов. Не сыпал обещаниями и признаниями в любви. Не лип, не обижался, не лишал чувства свободы и собственного достоинства. Мира в свою очередь продолжала пытаться подколоть вампира, частенько называла его по фамилии и упорно отказывалась от всех благ, что даровал новый статус. Можно было сказать, что их отношения действительно не поменялись.
И в тоже время Хейс открывался девушке с новой стороны. Он оказался ненавязчиво заботлив, подмечал нюансы, да и вообще отличался наблюдательностью. А еще Итан был нежен.
Штампы снова сыграли с Мирой злую шутку. Была ли причина в язвительном характере, в его вампирской сути или же в женских романах, которыми она в свое время зачитывалась, но Хейса Белых видела в роли этакого альфа-самца, деспотичного директора. А что? Животная суть есть. Свой инвестиционный бизнес, как оказалось, тоже был. Чем не тираничный властный главный герой? Но нет, тирания главного героя закончилась на одиночном акте эгоизма, который изжил себя после совместного душа и слов согласия со стороны Миры. В остальное же время, стоило ей сказать «нет», как Итан, словно вода менял свое течение, не настаивая. И это еще больше удивляло девушку. Хотя вскоре произошло то, что удивило Миру куда сильнее, чем внезапно начавшиеся отношения с Хейсом.
Придя однажды домой, она ощутила странную пустоту. Подобрать слова, чтобы внятно описать это чувство было невозможно. Мира медленно прошла по квартире, не понимая, что именно ее так взволновало. Ответ нашелся в спальне сестры. Интуиция ли, связь близнецов или нечто иное – что-то внутри дернуло ее открыть шкаф и потрясенно замереть. Он не оказался пустым, но ополовиненным точно. Беглого взгляда было достаточно, чтобы понять – исчезли самые любимые вещи Милы. Те, что она носила постоянно.
Кусая щеку изнутри, Мира хмурилась, пытаясь понять, уловить мысль за хвост. Они так редко виделись в последнее время. Мила была неприлично счастлива и сестра искренне за нее радовалась. Видя мечтательное выражение на лице и слушая ее восторженные речи, она и сама, казалось, приобщаясь к ее счастью и не могла сдержать улыбки. Все чаще сестры просто созванивались и подолгу разговаривали по телефону. Конечно, это не заменяло им полноценного присутствия друг друга, но и так связь, натянувшаяся в последнее время, чувствовала себя вполне неплохо. Но сейчас Миру больше всего волновало то, что Мила ни разу не говорила ей о своем желании или намерении съехать из собственного дома.
Руки сами набрали привычный номер.
– Привет, – голос в трубке звучал звонко, весело.
– Привет. Ты переехала?
– Да. А я тебе не говорила? – растерянно спросила Мила, замолчав, после чего вновь весело заговорила. – Представляешь, забыла. Просто вылетело из головы. Прости меня, пожалуйста.
– Да нет, ничего. Просто… растерялась немного, – проговорила Мира, зачем-то поглаживая створку шкафа.
– Извини.
– Могу вас поздравить? – Мира попыталась улыбнуться и добавить в свой голос хотя бы подобие радости. – Все серьезно?
Мила рассеялась.
– Ты зануда. Но кажется, да. Я думаю… Мира, я думаю, что люблю его.
– Так думаешь или любишь?