Мира подошла, оттолкнув его от шкафа, и кивком указала на место рядом с чемоданом.
– Ты из-за меня не спишь? – полюбопытствовала она самолично принявшись вытаскивать вещи, которые могли бы ей пригодиться на новом месте в первую очередь.
– Да вот это ты брось. Нет.
Мира скептически на него посмотрела, и Итан закатив глаза, подошел к ней и обнял за талию. Притянув к себе, он провел носом у ее виска и глубоко вдохнул.
– Ладно. Поймала. Но дело не только в тебе. Днем у меня встречи.
– Какие дела могут быть у вампиров днем?
Хейс провел губами по ее уху и, поцеловав в висок, отступил.
– Так я веду дела не только с вампирами. Люди, колдуны, оборотни. Возьми то белое платье.
Мира фыркнула, но платье взяла.
– А как же ваша кровная вражда?
Итан прыснул, заваливаясь на кровать. Подперев рукой голову, он наблюдал за сборами девушки.
– Собирайся и тогда я расскажу тебе легенду об истоках нашего противостояния, – театрально играя голосом, произнес он, на что Мира покачав головой, закатила глаза. Впрочем, это не помешало ей продолжать сноровисто заполнять чемодан. – Если верить легендам… – начал было Хейс, но Мира его перебила:
– А ты им не веришь.
– Не перебивай, – многозначительно на нее взглянув, Итан продолжил. – Если верить легендам, то кошкой что пробежала между вампирами и оборотнями была прекрасная колдунья.
– И снова виноваты женщины.
– Ну а ты как хотела? Слава Елены Троянской никому покоя не дает. Так или иначе, по легенде красавица мутила голову сразу двоим, постоянно их стравливая и заставляя соперничать, а в итоге выбрала обычного смертного, чтобы передать дар потомкам.
Мира выпрямилась с зажатой в руках одеждой и, приподняв бровь, посмотрела на Итана.
– Бред. Будь так в действительности, этого несчастного бы просто завалили, а даму сердца похитили и запели где-нибудь в башне. Стерпится-слюбится, как говорится.
– Ты так думаешь? – заинтересованно спросил Итан.
– Пф. В какое время произошла эта история? Не думаю, что там был суд и полиция, как и законы вообще. Кто успел, тот и взял.
Итан усмехнулся.
– Твоя правда. Тем более раз ведьма…
– Колдунья, – исправила его Мира.
– Колдунья выбрала, то и в дальнейшем противостоянии смысла нет. Но это легенда, там составители вообще с логикой не дружат. На деле же все намного проще. Ты знаешь, как появились первые оборотни и вампиры? – Мира отрицательно покачала головой, присев на кровать рядом с Итаном. – Тогда приоткрою завесу тайны. Сначала были… колдуны. Не удивляйся. История оборотней началась во Франции. Древние времена, постоянные набеги, войны. В одной такой пострадавшей деревушке жил колдун. Достаточно сильный, чтобы осуществить задуманное. Когда на их земли пришли захватчики он проклятьем обратил самых сильных мужчин селения в полузверей, наделив их скоростью и яростью, желанием драться и защищать свою территорию. Так и появились первые оборотни. Что касается вампиров, то тут нет точной информации. Доподлинно известно, что это произошло в одной из азиатских стран. Китай, Япония... Я все же ставлю на Поднебесную. Так или иначе, существовала колдунья. Сильная. Прекрасная. Но, как и все живые, смертная и возжелала она…
– Говори нормально! – одернула Мира Итана, когда его тон снова скатился на театральный пафос.
– Бить не обязательно, – рассмеялся Хейс, хватая ее и утягивая вместе с собой дальше на кровать. Дождавшись, когда она устроится на его плече, он продолжил. – В общем, история стара как мир. Колдунья не желала терять красоту, да и как многие до нее мечтала о бессмертии. Вот и додумалась до ритуала, в результате которого стала вампиром. Последствия ее поступка ты можешь наблюдать воочию.
Мира лежала рядом с Итаном и пыталась прислушаться к его сердцебиению. Оно было. Только тихое. И редкое. Такое редкое, каким никогда не могло бы быть у здорового живого человека.
– Если честно мне до сих пор не верится.
– М?
– Во все это. Я ни разу не видела обернувшихся оборотней, да и вы на вампиров мало походите. А то, что кровь пьете, так мало ли каких отклонений и извращений бывает.
Итан рассмеялся.
– Мы похожи на людей не больше оборотней, вот только истинный облик нежити являем только в двух случаях. При сильном истощении или же во время боя. Там уже не до маскировки.
Она зашевелилась, приподняв голову.
– А ты можешь мне показать?
– Зачем?
– Любопытно.
– Любопытство кошку сгубило, не слышала? – Итан ласково, но как-то заторможено провел пальцами по ее волосам.