– Наколдуй бобра.
Лицо колдуньи вытянулось, потеряв весь свой лоск.
– Чего?
– Слабо?
Мира ожидала чего угодно, но только не того, что Мила сникнет и, надув губы, закачается на стуле, нахмурившись. Пожевав немного щеки, она вздохнула и призналась:
– Если честно, то да. Где ты у меня круглые очки видела или белый посох? Колдовство так не работает.
Мира рассмеялась.
– Серьезно? – спросила она. – Не работает? А как тогда оно работает?
– Колдовство основано на природе. Стихии, – Мила поманила пальцем, и чай из кружки спиралью поднялся вверх. Сделав подсечку как на рыбалке, она отделила жидкость, превратив ее в шарик, прокатила по воздуху туда-сюда и отправила с глухим «бултых» обратно в кружку. – Сны. Яды, травы, отвары. Наговоры, амулеты… Колдовство способно изменить суть, но не способно сотворить что-то из ничего.
Мира подняла стул и села за стол, облокотившись об него одной рукой и запустив пятерню себе в волосы.
– Я того, да? Сплю? – спросила она с тоской, неизвестно на что надеясь.
– Мы это уже обсуждали. Нет, ты не спишь.
– Тогда чокнулась?
– И на это ответ тот же – нет.
– Да кто в здравом уме в это поверит? – Мира выпрямилась и посмотрела в упор на своего близнеца. Та встретила ее взгляд и вздохнула, словно взывая к остаткам рассудка:
– Но ты же видела все собственными глазами.
– Галлюцинации, – предложила Мира.
– Интересно с чего? С чая? – фыркнула Мила, склонив голову вбок.
– Иди в жопу, – Мира шумно выдохнула, пробежавшись тяжелым взглядом по кухне. – Мне надо покурить.
– Ты бросила, – напомнила Мила, пригубив чай.
– Иди в жопу.
– Повторяешься, – усмехнулась та в кружку.
Мира хотела еще раз ее послать, но передумала. Вместо этого она подтащила стул к шкафчикам и, забравшись наверх, выудила припрятанную пачку сигарет, зажигалку и пепельницу.
– Твое? – полюбопытствовала Мила, нахмурившись при виде тайника.
Мира отрицательно покачала головой, подвигая стул на место и садясь.
– От бывшего парня соседки осталось.
– Плюшкин, – фыркнула Мила. – Чего не выкинула?
– Рассудили, мало ли, вдруг пригодится. Как видишь, пригодилось, – пожала девушка плечами, чиркая зажигалкой.
С первой затяжкой дым обжег горло, и Мира тут же пожалела, что вернулась к старой привычке. Вроде как предала саму себя. Зато горький привкус вины на языке помог зацепиться за реальность происходящего. Обернувшись на белые сладкие разводы, Мира выдохнула из легких дым.
– Значит, ты колдунья? – спросила она уже спокойней.
– Да, – с готовностью ответила Мила. Она все еще неохотно смотрела на сигарету в пальцах сестры, но лицо было уже не так напряжено. – Так же как наш отец, его родители и еще многие поколения нашей семьи.
– Мама?
– Она нет.
Мира затянулась, прищурившись.
– Они из-за этого разошлись?
– Нет. Скажу тебе более того, они не разводились.
– Ничего не понимаю, – призналась Мира, почесав рукой с зажженной сигаретой бровь. Ее взгляд блуждал по столешнице и не находил за что можно было зацепиться. Смотреть постоянно на Милу было физически тяжело.
– Тогда давай я расскажу тебе то, что знаю… Мне бабушка рассказывала, она меня кстати и воспитала… В общем, начало довольно тривиально. Наши родители встретились, влюбились, поженились…
– И у вас не против таких браков? – зацепилась Мира за подходящую на ее взгляд причину.
– Если ты про чистоту крови, то это из другой истории, – усмехнулась Мила. – Нет. Никто не против. Так о чем это я? Ах, да… Бабушка всегда говорила, что наша мать больше любила сам наш мир, чем отца. Ну, знаешь, сказка, волшебство и все такое…
Вспомнив свою принципиальную строгую мать, Мира тихо хмыкнула:
– Как-то не похоже…
– Вот только когда нам было где-то год с хвостиком, нашего отца убили, и мать резко разочаровалась в той стороне.
– Как убили? – перебила ее рассказ Мира, остановив свой взгляд на лице сестры.
– Да оборотень шею свернул, – пожала Мила плечами. – Он же Советником у стаи был, а тут новый вожак. Отца-то все уважали, и тому по-хорошему стоило заручиться его поддержкой, но…
– Стоп, – Мира подняла вверх руку. – Какой, в жопу, оборотень?
– Обычный.
Мира резко затушила сигарету, буквально размазав его по дну пепельницы.
– Ты сейчас прикалываешься?
– Нет. Оборотни существуют.
– Ага, и вампиры тоже.
– Разумеется.
Мира пробуравила лицо сестры некоторое время, но та оставалась до раздражающего спокойной.
– Мавки, духи, приведения? – спросила она наконец.
– Нет.
– Демоны?
– Опять не та история.
– Вот дерьмо… – застонала Мира, прикрыв глаза рукой. – Скажи мне, что я проснусь, и все это окажется очередным сном.