Озорной намек Маюми означал, что они «кормили сплетников». Конечно, Маюми шутила, но если ее спросят, ей будет трудно отрицать, что у нее не было таких подозрений. Как только становишься потенциальным кандидатом для свадьбы, становится трудно оставаться просто друзьями, даже если этот человек на втором месте в списке.
– Я думаю, что это намного лучше, чем специально идти туда, куда никто больше не придет.
Этот ответ можно было поначалу принять за «джентльменский», но на самом деле это была «глупой» репликой, которая заставила Маюми думать, что только она беспокоится об этом. Катсуто был в обычном костюме, без галстука и других модных аксессуаров, поэтому можно было с первого взгляда сказать, что эта мысль никогда не посещала его разум. Все еще думая о таких мирных вещах, она заметила новостную статью, парящую на ладони Катсуто.
– … Раздражающая тема.
На экране планшета была электронная газета, заголовки которой гласили «Правда о военных волшебниках», «JSDF используют молодежь в качестве оружия», «В JSDF преобладают волшебники» и «Льготы для офицеров-волшебников». Экстремисты обвиняли JSDF в использовании и покрывании Волшебников, но все они были одинаковы в том, что они порицали отношения JSDF и Волшебников.
– Претендуя на роль защитников прав Волшебников, на самом деле они пытаются посеять дискриминацию в обществе. Ты не считаешь такие лицемерные новости мерзкими?
Катсуто, не дожидаясь ответа Маюми, начал оперировать CAD в форме смартфона, который он взял с пояса.
На территории Университета магии студентам не запрещалось носить CAD, также студенты могли намного свободней использовать магию, чем на улицах. Особо опасная магия была занесена в черный список и запрещена в лабораториях и экспериментах, в то время как большое число заклинаний было разрешено использовать в местах, которые не имеют никакого отношения к лабораториям и экспериментам. Звуковой барьер, активированный Катсуто, был также разрешен правилами.
– Это что-то важное?
Бессмысленно упоминать, что звуковой барьер нужен для личных разговоров, но между Маюми и Катсуто не было секретов, раскрытия которых они боялись. Но одного взгляда на выражение лица Катсуто хватило для понимания, что эта тема не могла быть решена обычным разговором.
– С самого начала недели количество антимагических статей в газетах стало увеличиваться.
Сказав это, Катсуто использовал фильтр на электронной газете, чтобы показать статьи, о которых он говорил.
– Согласна.
Катсуто посмотрел на Маюми, которая ответила с серьезным выражением лица.
– И, что с того?
Увидев те серьезные глаза, которые можно назвать мрачными, Маюми задала этот вопрос без намека на шутки.
– Причиной, почему СМИ приняли разные стороны, является то, что у них разные спонсоры.
– Всем этим руководят разные силы?
– Как ты знаешь, мы, семья Дзюмондзи, не слишком сильны в сборе информации.
Катсуто не стал давать прямой ответ на вопрос Маюми, но его слова скрывали то, что он хотел рассказать о расследовании, проведенном семьей Дзюмондзи.
– У меня нет конкретных доказательств того, о чем я хочу сказать, но считать это беспочвенным тоже нельзя. Я надеюсь, что ты сохранишь спокойствие и выслушаешь меня.
– Конечно.
Осознав, что это будет не самый приятный разговор для нее, Маюми подсознательно подготовилась.
– После двух бесед, мы думаем, что поддержку группе, винящей JSDF, вполне вероятно оказывает семья Саэгуса.
– Чт-о!..
Однако, новости, которые огласил Катсуто, превзошли ожидания Маюми
– Здесь могут быть другие скрытые личности, но в конце концов, семья Саэгуса играет важную роль.
– Это невозможно!
Маюми ударила по столу и вскочила на ноги. Благодаря звуковому барьеру, никто не мог слышать ее голос снаружи, но эта магия не могла блокировать свет, поэтому внезапное действие Маюми собрало множество взглядов. Увидев изумленные взгляды, направленные на нее, Маюми смущенно села на свое место. Тем не менее, Маюми подняла взгляд и направила его прямо на Катсуто.
– Это правда, что мой отец является стратегом, который управляет всем из-за кулис, также верно и то, что, как его дочь, я не всегда знаю о его действиях.