К тому времени, когда мне удалось встать, он уже смывался через окно. Спотыкаясь, я карабкался за ним. Моя нога ударилась о какой-то предмет. Я наклонился и поднял его. И понял, почему этот тип не закончил свое дело с помощью револьвера: падая, он выпустил его из рук. Теперь он был у меня, и если только я не ошибался, я держал в руках оружие убийцы - оружие, из которого в меня выпускали пули в квартире Джо Бакстера.
Когда я добрался до окна, его шаги эхом отзывались на стальных ступеньках пожарной лестницы. Я высунулся наружу как раз в тот момент, когда он достиг нижней площадки.
При таком слабом свете нельзя было быть уверенным до конца, но он сильно напоминал того парня, который пытался пристрелить меня в квартире Норин Бакстер.
Я пошел в гостиную и сделал себе крепкий напиток. Потом вернулся в спальню и рассмотрел то, что осталось от моей подушки. Отбросив ее в сторону, я нашел дыру, которую пуля проделала в матрасе, а через несколько минут обнаружил и саму пулю.
Она была безупречной формы, почти без отметин.
Я подбросил ее на ладони, испытывая странное возбуждение при мысли о том, что она предназначалась для того, чтобы снабдить меня третьим глазом - между моими двумя. Эта мысль вовсе не располагала к тому, чтобы вернуться в постель. К тому же несостоявшийся убийца загубил мои приключения в гареме на всю оставшуюся ночь.
Поэтому, утешаясь спиртным, я просидел до тех пор, пока дневной свет не окрасил пейзаж за окном сначала в мутно-серый, а затем в чрезвычайно непривлекательный розоватый цвет. За что я всегда терпеть не мог утро, так это за то, что все вокруг выглядит так, словно простояло всю ночь на улице.
Глава 7
Было не очень-то вежливо появляться в главном полицейском управлении в такое неподобающее время, как восемь тридцать, поэтому я подождал до восьми сорока, прежде чем поставить свой "порше" под табличкой "Стоянка запрещена".
Думаю, это только справедливо - платить городу в той или иной форме после того, как бесплатно воспользуешься его услугами. Эта сторона моей натуры отнюдь не вызывает у босса теплых чувств. Особенно когда она отражается на счетах за служебные расходы.
В открытом лифте с декоративной металлической решеткой я поднялся на четвертый этаж, где находилась полицейская лаборатория. Когда я вошел, лейтенант Эл Дэвис, дежурный химик, близоруко таращился на раствор, пузырящийся на донышке пробирки. Он поднял голову и кивнул мне.
- Макс Ройял! Давненько не виделись!
Вытерев руки о рабочий халат, он протянул одну мне. Я взял ее и как можно быстрее выпустил. Руки лейтенанта Дэвиса на ощупь всегда напоминали сырое рыбное филе.
- Чем можем помочь, Макс? - поинтересовался он. Кивком я указал на дальнюю часть лаборатории, где находилась дверь с надписью "Баллистика".
- Кто сегодня дежурит в тире?
Лейтенант Дэвис сморщил нос и сосредоточился.
- Майк Коннорс. - Он еще немного подумал и покачал головой. - Нет, прости, сегодня у Майка выходной. Наверное, Ленни Винтере. - Он тоскливо посмотрел на меня. - Так тебе очень нужна баллистическая экспертиза? А здесь мы ничего не можем для тебя сделать? - Может быть, если достану пятна крови. Но, по правде говоря, гарантирую это, если только доберусь до того типа, который нанес мне визит сегодня ночью.
Он кивнул с несчастным видом и вернулся к своей бурлящей пробирке. Я прошел через длинную комнату, сплошь забитую столами из стеатита, горелками Бунсена и бюретками, в лабораторию баллистики.
Ленни Винтере был высоким человеком с копной светлых волос. Когда я вошел, он что-то проворчал и отодвинул отчет, над которым трудился.
- Только не говори, что у тебя еще одна, - сказал он, мрачно усмехнувшись. - Такой малый, как ты, может озадачить человека и без дополнительной помощи.
Я полез в карман, достал пулю, которую вынул из матраса, и бросил ему на стол. Винтере взял ее и, осмотрев, нахмурился.
- Где ты ее взял? - поинтересовался он. - Она выглядит так, словно была выпущена в испытательный щиток.
Он повертел ее между пальцами.
- Никаких отметин. Она практически не деформирована.
- Такой она и должна быть, - сказал я. - Я вытащил ее из своего матраса. Винтере фыркнул.
- Кому что больше нравится. Одни любят ложиться в постель с девочками, другие предпочитают 45-й калибр. И то и другое может привести к летальному исходу.
- И вот так весь день. Всякие там шуточки и прочая чепуха. - Я опустился в кресло напротив письменного стола. - Послушай, Ленни, сегодня рано утром какой-то тип проникает ко мне в квартиру и выпускает в меня пулю. Мне удается вовремя убраться с ее пути. Такие приключения здорово выматывают. А эти твои шуточки выматывают еще больше. Окажи мне одну услугу!..
- Выясни, вылетела ли она из той же самой пушки, что и все остальные, продолжил он как попугай и мгновение пристально смотрел на меня. - Полагаю, ты получил у лейтенанта Дина "добро" на эту проверку?
Я принял оскорбленный вид.
- Разве я был бы здесь, если бы не получил? Подумав, он кивнул.
- Да, конечно!
- Ну ладно, Ленни, я не получал никакого "добро". И подумал, что это пока могло бы остаться между нами. Винтере покачал головой и бросил пулю на стол.
- Не надо меня подмазывать. Макс. Если Дин пронюхает, что мы пользуемся лабораторией для твоих личных дел...
- Каким образом? Разве твоя жена пронюхала о той маленькой рыжеволосой курочке, с которой я тебя познакомил?
Ленни Винтере бросил на меня злой взгляд.
- Эй, погоди-ка!.. Я прервал его.
- Не беспокойся! Я ничего не собираюсь ей сообщать. И упомянул об этом только затем, чтобы напомнить тебе, какой я на самом деле молчаливый парень. Конечно, если ты не испытываешь желания помочь мне...
Ленни Винтере по-прежнему хмурился. Он отпустил какое-то замечание, которое я не совсем расслышал, и снова взял в руки пулю. Потом подошел к металлической картотеке, протянувшейся вдоль задней стены комнаты, выдвинул один из ящиков и, порывшись в нем, достал конверт.
- Вот... Это пуля из тела Хэнка Фишера. Он вытряхнул на стол слегка деформированную пулю. Потом из другого конверта - сплющенный кусочек свинца, который я выковырял из деревянной панели в квартире Джо Бакстера.
- Это та, которую выпустили в тебя, но промахнулись.
По тому, как он это произнес, у меня создалось впечатление, будто он жалеет, что этот тип так плохо целился.
Он взял все три пули, подошел к стоявшему у стены прибору и вставил туда две из них. Потом навел окуляры и приложился к ним. Повозившись с дисками, поднял голову и нахмурился.
- Они вылетели из одного и того же револьвера.
- Ты уверен?
Винтере кивнул и взял в руки пулю, ту, что из квартиры Бакстера.
- Она один к одному с той, убившей Фишера! Сейчас я еще раз сличу ее с пулей из квартиры Бакстера.
Он повозился с пулями, заменил одну на другую и снова прильнул к окулярам. Потом поднял голову.
- Взгляни сам!
Я подошел и посмотрел в линзы. Изображение было раздельное. Вверху была видна пуля из моего матраса, внизу - из стены Джо Бакстера. Стало очевидным, что борозды и царапины, возникшие после прохождения по стволу револьвера, были идентичны на обеих. Я выпрямился и кивнул.
- Если бы мы теперь могли раздобыть еще и револьвер! - пробормотал Винтере.
Я расстегнул куртку и вытащил пушку 45-го калибра, которую коротышка оставил на полу моей квартиры.
- Милости просим!
Он протянул руку, но я отвел револьвер в сторону.
- При одном условии. Я сам расскажу об этом Дину. Он нахмурился.
- А ты ничего не выкинешь?
- Ты ведь хорошо меня знаешь, Ленни. Разве я могу что-нибудь выкинуть?
- Разумеется, я тебя знаю. Потому и спрашиваю.