В два счета я оказалась у закрытой двери Деймоса.
Стук. Еще один.
Между ними – несколько ударов сердца.
— Чего тебе? — на третьем стуке дверь распахнулась, но так неожиданно, что я чуть не провалилась вперед, прямо на его голую грудь. От Деймоса пахло мылом, водой, и еще чем-то…чем-то пряным…
— Спаси! — вцепилась я в его руку.
Мужчина сверкнул глазами в полутьме коридора, освещенного луной из двери.
— Энк…Энк пропал… — он тут же напрягся. — Оборотень, тот, который утащил мальчишку из деревни, он был тут…Он украл и Энка!
Не знаю, на каком усилии удалось вытолкнуть из глотки все эти слова, не понимаю, каким образом удалось внятно сформулировать все то, что зрело в те минуты, пока добиралась до этой двери через пустой и темный коридор, но сосед все понял. Сразу понял, стоило только мне открыть рот.
Но его реакция…
— Ты запирала дверь на ночь? — от его тона что-то взбунтовалось в животе.
— Да…нет…не помню… — выдохнула, разозлившись на его промедление. Каждая минута могла стоить жизни моему сыну! Нет, зря я пришла за помощью к нему, думая, что раз Деймосу удалось спасти ребенка однажды, удастся и в этот раз.
Нужно бежать в деревню, будить всех, чтобы они снова…
— Дверь была закрыта, но не на засов, — буркнула я, намереваясь отстраниться от него, смотрящего свысока и каким-то плохо скрываемым превосходством.
Но у Деймоса оказались другие планы.
Рука его легла прямо мне на плечо, прожигая утюгом прохладную от ночи кожу.
— Я найду, — глухо сказал он, и вдруг нагнулся он к моему уху, прошептал, пуская в голос рычащие нотки: — приведу твоего сына. Но ты…
Тут вдруг он облизнул ушную раковину шершавым языком, и перед моими глазами вспыхнули искры. Он втянул воздух носом и прорычал:
— Но за это ты придешь ко мне ночью. Одна.
Чтобы подчеркнуть свои намерения, мужчина провел пальцем по кромке моей майки. Я сглотнула. Страха как не бывало. Деймос явно умел убеждать, переключать внимание. У меня даже не осталось сил, чтобы оттолкнуть эту руку, что так нагло касалась меня в этой темноте.
— Скажи, что согласна, — он надавил большим пальцем на кожу под ключицей, будто ставя точку в этом разговоре. — Наденешь то платье…синее…и придешь…
— Согласна, — пролепетала едва слышно, но ему этого было довольно.
Глаза снова налились каким-то желтоватым огнем.
— Не ходи никуда, — отпрянул он и сказал жёстко, будто припечатал. — Жди.
Не успела кивнуть, как он пропал.
В две минуты оказался возле двери, повернулся ко мне и замер на мгновение, будто вбирая в себя, желая запомнить этот миг навсегда. А после — резко толкнул дверь, да так, что она закрылась с глухим лязгом, оставляя меня в темноте пустого дома.
Я вздрогнула и пришла в себя.
Жди…жди…
Потёрла лицо, щеки, будто желая, чтобы кровь снова прилила ко всем местам, и прикрыла глаза.
Нет, оставаться вот так, ожидая, никак нельзя.
Невозможно сидеть и ждать сложа руки, когда твоего ребенка похитили…
Похитил…
Оборотень…
Я обернулась вокруг. Нащупала включатель и свет озарил, ослепил, ворвался в сознание, словно расставляя все по местам.
Оглянулась вокруг дико, жалко и вдруг уцепилась взглядом за открытую дверь подвала.
Замка на нем не было.
Только темная глубина звала к себе, и откуда-то возникло чувство, что, оказавшись там, многое станет понятно. Не случайно эта часть дома так оберегалась. Не случайно на двери висел пудовый замок.
И не случайно туда вели…свежие царапины когтей….
От автора:
Всем привет, скоро на книгу будет открыта подписка - для того, чтобы дописать ее, а не оставить не законченной. Будет интересно, жарковато, и, кстати, предупреждаю, будет немного мата - Дэймос думает немного по-другому, чем Одамин)
Глава 12
Решимость одержала победу над осторожностью.
Я толкнула дверь.
Иногда наступает момент, когда нужно…
Столкнуться со всеми страхами лицом к лицу.
Тяжелая дверь поддалась, открыв беззвучно свой черный рот. Пахнуло затхлостью, сыростью, землей…Будто со скотобойни. По спине пробежали мурашки, они отозвались покалыванием сбоку живота острыми иголочками.
По всем правилам бы убежать без оглядки вперед, куда-то далеко, туда, где пахнет свежим лесом, свободой, где белеют равнодушные звезды, но нет…Тайна, которая только-только разверзла свою пасть, должна была быть принята.
Вдруг там, в темноте…
Вдруг там, в темноте?!
Отмахнувшись от страшных мыслей, которые тут же роем встревоженных ос взвились вокруг и начали жалить, кусая и без того израненный разум, я постояла на верхней ступеньке, давая возможность глазами привыкнуть к темноте, и скользнула внутрь.