Пару раз моргаю и перевожу на него взгляд, потом оцениваю стол, который он для меня организовал.
- Нет, ты итак достаточно назаказывал, я просто задумалась, - встаю со смешком, чтобы его не обижать, накладываю себе немного омлета и беру свежий круассан, - Кстати, спасибо. Это очень приятно.
Воланд молчит.
Он продолжает пытливо смотреть на меня, а я уже глаз поднять не могу. Не хочу. Чтобы он снова видел то море моего отчаяния, которое разливается в душе.
К сожалению, моя жизнь - это не дурной сон. Все реально. И когда я включу телефон, когда приеду домой, моя реальность навалится на меня с новой силой.
Он вдруг говорит.
- Катерина, посмотри на меня.
Мне нравится, как мое имя звучит в его устах. И мне нравится, что он называет его именно так.
"Катерина" - это тебе не "Катька" и не "Катюха", и не тупой "Католик", что мне раньше нравилось, а теперь я каждый раз слышу в этом очередной упрек своей праведности. Чрезмерной правильности. Своему отказу раздвигать ноги тогда, когда мне сказали раздвигать.
Нет. "Катерина" звучит величественно и сильно, смело. А это приятно и будоражит, и я уже совсем не обращаю внимания на то, что он знает мое имя, а его нет.
Ну, или почти.
Поднимаю глаза и выдавливаю из себя улыбку.
- Это не совсем честно, ты так не думаешь?
- Что именно?
- Ты знаешь мое имя. Я твое - нет.
Он усмехается и пару мгновений молчит, а потом складывает руки у лица и кивает.
- Давай договоримся так. Если мы встретимся еще раз, я тебе его обязательно озвучу.
- Почему так?
- И на этот вопрос я тебе тоже отвечу. Окей?
Что мне остается? Не пытать же его, право дело, да и потом…я не хочу. Пусть он останется моим безопасным островом. Сказкой. К нему я буду приходить в своих фантазиях, пока Дамир окончательно не уничтожит то, что нас с ним связывало.
Вот и все.
Пусть будет так.
Приняв такое странное решение, я скольжу взглядом по его рукам и изучаю татуировки. Красивые. Необычные. Наверно, они что-то означают, да? Не верю, что такой человек украсил свое тело рисунками, которые не значили бы ничего.
- Очень красивые татуировки, - говорю тихо, но Воланда моя уловка не отвлекает.
Он продолжает смотреть, и я окончательно теряю аппетит…
Кладу вилку рядом с тарелкой, а потом встаю.
Не хочу, но пора.
Мне просто пора…мне надо.
- Спасибо тебе за все, - шепчу, глядя ему в глаза, - Но я пойду. И прости, что столько всего заказал, а я…я просто не хочу есть, понимаешь?
- Кать.
- Спасибо. И прощай, полагаю? Не знаю, встретимся ли мы снова, но…если тебе важно, то ты мне очень помог вчера. И не только когда забрал из того парка, но и когда выслушал и поделился своим мнением. Оно многое расставило по местам в моей голове и…в общем, спасибо и прости, что я потратила твой вечер на какой-то бред. Прощай, Воланд.
Разворачиваюсь и иду по направлению к прихожей. Я помню, где она. Это я помню хорошо, потому что тогда сильно психовала и просчитывала способы, которыми он может меня убить «если что». Очевидно, ни один не напугал меня достаточно, чтобы сдать назад…
Вздыхаю и запихиваю ноги в австралийские угги, потом снимаю с вешалки шубку и надеваю ее, а потом слышу быстрые шаги.
Господи, ну, не надо…я же сейчас разрыдаюсь…
Делаю шаг к двери. Совершенно по-дурацки пытаюсь сбежать, но Воланд появляется раньше, чем я успеваю до нее добраться.
- Кать, подожди.
Замираю. Чувствую его взгляд между лопаток, который сейчас сильно шпарит. В носу колет. Взгляд снова плывет.
Что с тобой? Рыдаешь? Почему?
Да потому что он - это первое, что со мной случилось хорошего за последние полгода, и я не хочу уходить. Не хочу снова погружаться во всё свое дерьмо. Я хочу остаться. Пусть он может только вначале быть таким всем из себя галантным, умным и мистическим. Мне плевать! Я просто не хочу чувствовать всего того груза, который непременно упадет мне на плечи, когда я спущусь с сотого этажа на первый.
Я просто хочу остаться с ним.
Потому что…черт, он может заявлять о себе что угодно! Абсолютно! Сука! Что! Угодно! А мне с ним безопасно. Не знаю, мираж это или проклятие? Но мне безопасно, как давно уже нет…
Воланд медленно подходит ко мне со спины. Я чувствую его сильную энергетику, которая меня будто оплетает со всех сторон в кокон, и мне кажется…лишь на мгновение, что он не хочет, чтобы я уходила. Тоже не хочет…
Ай, была не была!
Резко поворачиваюсь, встаю на полупальчики и кладу руку ему на щеку, а потом целую. И этот поцелуй сразу все. Нежность, страсть, отчаяние и безумная благодарность за то, что…как бы нелепо это ни звучало, но за то, что он напомнил мне, что такое близость.