А-фон... по гречески «не звук», т.е. ТИШИНА, Святая ТИШИНА. Христос, как известно - Царь Тишины...
Ещё в первый же день иеромонах Филарет (он отвечает за встречу паломников) провёл с нами что-то вроде небольшой экскурсии по Пантелеймонову монастырю. Он рассказал, что здесь, в монастыре святого великомученика и целителя Пантелеймона, двадцать престолов. Однако служба ведётся только в двух - Покрова Богородицы (одну неделю), другую неделю - у престола св.Пантелеймона. В лучшие годы здесь подвизалось до трёх тысяч монахов, а нынче их сорок. В последние годы несколько улучшилось сообщение и связи с Афонским подворьем в Москве, приехали молодые послушники. Даст Бог, в ближайшее время число братии монастырской увеличится.
часы на башне трапезной, наверно, немногим меньше, чем часы на Спасской башне кремля. Здесь же второй по величине колокол после колокола Ивана Великого - 818 пудов, более 13 тонн.
Показал нам отец Филарет миндальное дерево, взращённое от семян того, которое много веков назад посадил св.Пантелеймон. Дерево это в 60-х годах нынешнего столетия тоже явило чудо. Тогда горели леса на Афоне. Говорят, что пожары были страшные. Загорелись и постройки монастыря св.Пантелеймона.
- Посмотрите, - показывал нам отец Филарет, - вот стена и окна, которые горели. А вот здесь был дровяник, который вспыхнул от жара аж на расстоянии. Погорело всё, а деревце средь огня невозможного стояло. И теперь стоит. И семена даёт. Вот и всё.
Такая присказка у отца Филарета: «вот и всё!» - она звучит из его уст часто и утверждающе. Например: «Вы думаете, шутки, что ли, всякие там пляски и роки, и зрелища всякие? Бесы достанут, так на колени рухнете. Поститься, молиться, бдеть -Христа нашего исповедовать. Так надобно. Вот и всё!»
...С ремонтом после пожарища 60-х годов дело затянулось. Из Москвы подмоги монастырь не дождался. Что смогли, восстановили с Божьей помощью сами. В последние два-три года объявилась с деньгами и поддержкой греческая организация «ЮНО» (возможно, «УНО» или как-то похоже зовётся; дело в том, что про эту организацию отец Филарет упомянул скороговоркой и на ходу, я забыл переспросить и записать). Эта «ЮНО» получает от ЮНЕСКО и от разных европейских фондов деньги на поддержание памятников архитектуры, истории и действующих религиозных очагов. К чести греков будет сказано: притом, что много невосстановленных и неотремонтиро-ванных своих скитов и монастырей, они выделили существенные средства на ремонт русского храма в Старом Руссике (это в полутора часах ходьбы в горы от монастыря св.Пантелеймона), а также на косметический ремонт с некоторыми капитальными работами в самом монастыре св.Пантелеймона. Так, например, были уложены камнем крыши части зданий, покрашены несколько куполов, основательно восстановлены балконы.
Обойдя монастырь с северо-западной стороны, мы снова входим за его стены. Иеромонах Филарет ведёт нас в усыпальницу. Здесь около трёх с половиной тысяч черепов усопших монахов. «Кто умер сто лет назад и кто десять - они сейчас здесь все вместе, - рассказывает отец Филарет. - Мы здесь убирались да перекладывали всё. Кто знает, где «молодые» головы, где «старые»? Вон имя лишь написано да когда почил. Вот и всё». - Он крестится. Черепов с именами много, но всё же, как мне показалось, гораздо меньше, чем без имён. Кстати, здесь не говорят слово «череп», говорят «голова»... Звучит как-то живей и добрее, что ли. В слове «череп» есть что-то зловещее и сумрачное. А «голова» - слово белое.
- Хороним мы без гробов. В рясе или в полотне, - рассказывает далее отец Филарет. - Над головой, чтобы на лицо не бросать землю, в три ряда через промежуток, один на один укладываем камни. Плиточные. Вот и всё. А через три года обычно выкапываем. Вон головы чистые, белые.
Крупные кости рук и ног тоже сохраняются. Остальное земля за три года принимает. Если, конечно, душа человека Богу угодна. Белая или чуть желтоватая голова - значит, праведно жил, исповедался, покаялся во всех грехах, не утаил в сердце греха. А если чёрная голова или коричневая, или тёмная такая, рыхлая, то, стало быть, спрятал что-то человек на сердце, не покаялся, слукавил... Вот, видите?
- Да, я заметил коричневый крупный череп. Он стоял среди других голов. Кстати, есть тут один зелёный.
- Это ничего. Просто в земле где-то рядом, видно, медь была, - поясняет иеромонах. И в его коротком пояснении показалась мне глубоко спрятанная усмешка. Добрая усмешка: дескать, не думайте, милые, что мы тут химию не знаем и, что кроме духовных причин, не видим материальных явлений.
Валера Власов всё это снимал на видео (кстати, никто из монахов против съёмок ничего не говорил; лишь предостерегали нас: смотрите, ребята, греческая полиция рыщет по сумкам, так что можете неприятности заработать и... «Храни вас, Господи!» - улыбались и кланялись монахи). Усыпальница маленькая. Наверное, метра четыре на четыре. Образ Спасителя над головами трёх с половиной тысяч усопших. «Но не все из земли подняты», - пояснил отец Филарет. Почему? Мы не спросили, так как в этот момент почувствовали - не нужно задавать этот вопрос. Что-то мелькнуло в интонациях иеромонаха, за которыми почувствовалось нежелание касаться этой темы.