«Учёные уже давно приметили неприятную тенденцию: чем старше становится мир, тем меньше в нём остаётся чудес. Ещё каких-то три века назад, если верить многочисленным письменным свидетельствам, буквально в каждом городе рождался святой, чьи прикосновения исцеляли болезни, чей взор был способен увидеть будущее. Божественные явления ежегодно радовали людей, для которых то, что нам теперь кажется невероятным, было обыденностью. Как думаете, почему чудеса покинули мир? Ответ прост: потому что люди погрязли в невежестве. «Библия» — исторический документ, в котором на протяжении двух тысячелетий величайшие умы фиксировали падение человеческой веры. Как же много сказочности в «Ветхом завете»! Заметили? Как мало её в «Новом…» Совпадение? Я так не думаю. Своим наплевательским отношением мы изменили этот мир, заставили всё сверхъестественное скрыться, однако не покинуть нас. Необъяснимое всегда где-то рядом, вы ведь чувствуете это? Бог не отвернулся от людей, надо лишь открыться ему. Поверить».
Грегор выдохнулся через десять минут, опять согнулся пополам, хрипя. Гул в ушах нарастал, пока не перешёл в колокольный звон. Мужчина поднял лицо, рядом не было храма. Откуда же этот поразительный звук? Личинка блохи освоилась и двигалась гораздо активнее, извиваясь иногда наподобие змеи — от каждого изгиба земля дрожала. Казалось, насекомое стало больше. Куда ещё больше?! Чёрные точки замелькали над ней… ангелы? Неужели? Грегор Деменциенко, до сих пор полусогнутый, рассматривал небесные чудеса, погружённый в этот процесс настолько, что некоторые люди останавливалась из-за любопытства. Буквально забывали об угрозе и тоже присоединялись к наблюдению. Нет, не ангелы. Что-то иное, слишком мало в них антропоморфных черт для сынов божьих. Скорее, птицы. Диковинные, ведь у них не шевелятся крылья. Мёртвые птицы. Механистические. Самолёты?
— Ракетоносцы! — крикнул кто-то. — Они решили её подорвать!
Грегор выпрямился. Он знал, чем это может окончиться, ведь разрабатывал и начитывал материал для выпуска. Трансцендентный порыв окатил мужчину с ног до головы, словно ледяной водой из ведра.
— Под плотной кожурой, — заговорил громогласно, как и подобает профессиональному диктору, — находится суп из органов. Вы понимаете, что с нами произойдёт, если ракеты проткнут эту тварь? — Люди слушали, но не отвечали. — Смерть. Цунами внутренностей накроет всё! Вы поглядите на размеры этой уродины! Личинка находится слишком близко, а до спасительного моста бежать не меньше часа!
Новые слушатели останавливались на звук его голоса, выходили из машин, безнадёжно застрявших в пробке. Зачем они это делали, что их вынудило прекратить бегство? Наверное, зарождающееся волшебство в словах и интонации? Чудо? Спасение? Неожиданно Грегора посетило провидение — таинственное ощущение кристальной осознанности, интеллектуального максимума. Все детали мозаики сложились в единую картину. Тут же чудо, волшебство, спасение в его голосе заиграло новыми красками.
— Без блинов, конопляных каш и медвежьего мяса у нас, славян, не осталось сил, не осталось энергии, в этом виноваты мы сами! Пробуждение огромного создания было предрешено. Взгляните на руки! Драконьи кольца на запястье — линии, подобные браслетам — прерываются у всех в одном и том же месте. Это смерть. Узоры правой ладони своим пересечением образуют букву «Ж»? У всех так? Это тоже смерть! Это жук. Кто-нибудь… — Грегор подавился собственным красноречием, на мгновение потерял опору. — Кто-нибудь из вас недавно нарезал ананасы?
Он ожидал, что его обматерят, плюнут в лицо, но толпа была серьёзна и заинтересована. Несколько слабых голосов ответили: «Да…»
— Помните ли вы, какой узор был на срезанной кожуре? Не складывались ли волокна в фигуру блохи?
Подтверждением послужили вздохи и вскрики.
— Понимаете, что всё это значит?! Мы не замечали судьбоносных мелочей. Вставали с кровати с левой ноги, изменяли своим мужьям и жёнам, расставляли вещи не по Фэн-шую, грешили, — последнее слово интонационно выделил, чтобы тут же перейти к самому важному. — А ещё забыли бога. Взгляните на эту личинку. Она отвратительна, мордой своей касается небес. Она — это наша кара от него. А ещё она — это мы сами, то, какими нас видит бог. Узнаёте ли вы себя в ней?
Насекомое, забыв о неудачной дегустации офисного здания, решило опробовать ещё одну многоэтажку. Ангелы-ракетоносцы кружили над этой тупорылой плотью и примерялись, куда спустить смертоносный груз.