Одна из женщин, в эмоциональном порыве, рухнула на землю, к ногам Грегора, и зарыдала:
— Я не хочу умирать!
Мужчина жестом остановил людей, которые попытались оттащить неверную, приподнял её лицо за подбородок, большим пальцем стёр слёзы под выразительными глазами истерички.
— Ты не умрёшь. Нас не поглотит цунами из грехов, но следует очиститься. Вы готовы?
Из сотен ртов вырвались вопли радости. Грохот поглотил голоса, а подземные толчки сбили толпу с ног: личинке опять пришлись не по вкусу стройматериалы, она гневно извернулась, стерев с лица земли пару микрорайонов. Прицелившиеся ракетоносцы полетели по дуге, чтобы в решающий момент точечно поразить жертву. Надо торопиться!
— У кого есть хлеб?! Быстро разрывайте на куски и раздавайте друг другу, будет лучше, если посыплете его солью — её можно растворить в воде и намочить мякоть! Ешьте, думая о величии бога и вымаливайте прощение! Также мне нужен крест! Крупный крест. Он спасёт нас от волны! И быстрее! Быстрее, ради бога!
Ангелы атаковали. Выпущенные снаряды словно на мгновение застыли в воздухе, окружённые дымом ракетных двигателей, чтобы через мгновение взорвать щетинистую плоть. Из места взрыва без промедления вырвалась мутная волна. Омерзительно плотное цунами. Органический кислотный супчик. Смрадная людская кара. Толпа спряталась за спиной Грегора Деменциенко, к их губам и потным подбородкам прилипли хлебные крошки. Уверовавший спаситель поднял над головой крест из наспех скрепленных бечёвкой деревянных обломков каркаса кровати, найденного на мусорке. Кто-то выкрикнул волне: «Ты не пройдёшь!»
Цунами смыло всех.