«Что, черт возьми, происходит?» – гадаю я.
Я примерно в пятистах метрах от огромного здания, его масштабы ошеломляют. Оно не такое высокое, как Вертикали, но основание его, должно быть, в ширину километров пять.
– Плодожор, – шепчу я.
– Да, дружок? – отвечает дрон приглушенно.
– Когда они это построили?
– Солдатам Второго и Третьего уровней предложили укрытие от Третьей фазы, если они примут участие в строительстве Арки. Первые три этажа построили в период с первого по двадцать первое июня. Остальное достроили за четыре недели, с четырнадцатого июля по десятое августа этого года.
«Значит, когда строили первую часть, я был в Аркане, а во время строительства второй – уже в Блоке», – размышляю я.
– А что такое Третья фаза? – спрашиваю я, уже зная, что Первая фаза заключалась в уничтожении девяноста восьми процентов человечества, но все же убежденный, что Вторая и Третья фазы куда хуже.
Огни Плодожора мерцают.
– Я не знаю. У меня нет доступа к этой информации.
– Который час?
– Десять сорок одна утра.
– Черт! – шепчу я.
У Вудса осталось двадцать шесть минут.
– Эй, да ладно тебе, приятель, не обязательно так ругаться, можно найти слова получше!
– Нет, Плодожор, сейчас «черт» подходит как никогда лучше.
– Ладно, дружок. Черт!
Я смеюсь и, ускорившись, снова бегу в сторону купола. Когда я приближаюсь, Плодожор прячется в карман, и в этот раз у него достаточно заряда, чтобы нанести цифровую маску мне на лицо.
– Плодожор, сделай одолжение, пусть маска будет в тон моей кожи, ладно?
– Без проблем, дружок!
Мы проходим мимо слоняющихся повсюду вооруженных солдат, сторожевых вышек со снайперами и танков, простаивающих у основания Арки.
Сейчас я полностью в тени здания. Я останавливаюсь и осматриваю огромные башни Арки перед собой, матово-черные блоки, сужающиеся к вершине купола, и один большой вход, охраняемый четырьмя солдатами, через который периодически заезжают и выезжают танки.
Нет времени придумывать замысловатый план – секунды жизни моих друзей тают.
Я подхожу к медленно движущемуся танку и поднимаю обе руки вверх, останавливая его. Танк тормозит, и у орудийной башни появляется солдат.
– Сэр? – спрашивает он, отдавая мне честь.
– Освободите место в танке, курсант, – приказываю я, пытаясь наполнить свой голос властной уверенностью военачальника.
– С-с-сэр, – отвечает солдат неуверенно, – танк полон. Лейтенант Брански сказал…
– Лейтенант Брански кусок дерьма высшего класса, сынок, – говорю я и вспоминаю, как тогда, на улице у паба, Сэм одной своей уверенностью и самонадеянностью обманом заставила солдат поверить, что я капитан. – А теперь либо отойди, либо вели кому-нибудь другому убраться. Это приказ! – командую я и поднимаюсь на крышу танка.
Лицо молодого солдата покрывается красными пятнами, и он ныряет внутрь, приказывая солдату помладше выйти. Я забираюсь внутрь, и мы молча едем в Арку.
Танк останавливается спустя две минуты медленной езды. Я пытаюсь украдкой взглянуть на экран, который показывает то, что впереди, и вижу настолько обширное пространство, что, если бы не искусственное освещение, можно было бы подумать, что мы на улице. Мы все сидим внутри танка и ждем… но чего?
– Сэр? – произносит одна из молодых солдат.
– М-м? – отзываюсь я, тупо уставившись на нее. – Ах да, – отвечаю я, осознав, что они ждут, когда я, как старший офицер, выйду первым. Я выбираюсь из танка и мысленно возвращаюсь к битве в Мидуэй-Парке: мы с Киной, Малакаем, Пандер и Блю на таком же танке въехали тогда в парк, где было собрание Совершенных.
Я спускаюсь на бетонный пол, остальные солдаты выходят следом за мной. Танк припаркован в месте, похожем на огромный амбар, а рядом как минимум сотня других танков. Всюду кругом высаживаются войска и движутся к блокпосту в дальнем конце амбара. «Моя» команда снова смотрит на меня выжидающе, поэтому я велю им идти вперед, все время оглядываясь по сторонам в поисках двери, которая вела бы в медицинский блок или лабораторию. Пока мы движемся вперед, к нам присоединяются другие офицеры. Сначала дюжина или около того, затем тридцать, пока нас, наконец, не окружает огромная толпа Совершенных, все одетые в черное, с идеальными телосложениями и лицами, каждый со своими улучшениями: механические легкие, роботизированные сердца, синтетическая кровь.
По мере приближения к блокпосту я замедляю шаг – впереди огромный зал. Я пропускаю солдат вперед, пока не оказываюсь в самом конце очереди.