– Дэй, я…
Но прежде чем я успеваю сказать что-либо еще, Дэй захлопывает дверь прямо перед моим носом, оставляя меня одного в этом жутком коридоре.
На пути вниз трос лифта обрывается, и я заново материализуюсь в баре в том же месте, что и каждый раз. Я вновь чувствую себя разбитым и в смятении, но мне нужно взять себя в руки, поскольку бар теперь заполнен сотнями Исчезнувших, они приходят в себя; кто-то сердится, кто-то расстроен, другие требуют услышать объяснения, как я им обещал.
– Лука, – зовет меня Кина, и я пробираюсь сквозь толпу к своим друзьям, собравшимся у бара.
– Все ужасно злятся из-за того, что Прайс накачивал их наркотиками, – говорит Малакай.
– Хорошо, – отвечаю я. – Значит, они с нами.
– Здорово и все такое, – добавляет Игби, – но возникла другая проблема.
– В чем дело? – спрашиваю я, глядя на увеличивающуюся толпу.
– Акими и Под остались с Сэм в библиотеке, у нее были эти… как вы их там называете?
– Схватки Брэкстона-Хикса, – отвечает доктор Ортега. – Ложные схватки.
– Да, точно, – продолжает Игби. – Они остались, чтобы присмотреть за ней и убедиться, что Рен в норме. Следующая наша задача: Хэппи направляет на город грозовое облако, предположительно, чтобы скрыть солнце и остановить работу всех устройств, питающихся от солнечной энергии. Какое-то время они будут в безопасности – наш преобразователь подключен к старой батарее Аркана, у нас есть как минимум год…
– Это не грозовое облако, – перебиваю я его, вспоминая, что видел на вершине Арки.
– В смысле? – уточняет Игби.
– Облако – это тысячи Москитов и боевых дронов, – объясняю я. – Я видел линию их производства на верхнем этаже Арки. Не знаю, зачем, но каждый день они делают множество таких.
Цифровое лицо Игби наполняется ужасом.
– Господи, – говорит он, – они пересилят преобразователь.
– Они что? – переспрашивает Кина.
У меня сводит желудок.
– Наш скремблер может скрыть нас от сотен Москитов в любое время, даже от тысяч, но есть предел. Хэппи, наверное, поняла это и производит все больше и больше Москитов для сканирования города.
– Значит, нам нужно вернуться в город и привести сюда Сэм, Пода, Акими и Рен до того, как Хэппи найдет их? – спрашиваю я.
– Именно!
– Ладно, тогда нам пора.
Я думаю о Плодожоре и о том, что у его батареи низкий заряд, надеюсь, ему удалось зарядиться раньше, чем облако дронов закрыло солнце.
– Малакай, тебе лучше остаться здесь – незачем тебе страдать там от ужасной боли в глазах.
– Я не останусь здесь, – отвечает он. – Не сейчас, когда там Рен.
Я киваю, понимая, что он чувствует.
– Ладно. Кто-то должен объяснить Исчезнувшим, что происходит.
– Я займусь, – вызывается Пандер, взбираясь на барную стойку и поднимая руки. – Эй, все, послушайте! Сейчас вы в самом безопасном месте. Нам нужно уйти на время, чтобы привести сюда своих друзей, но мы вернемся. Теперь мы все в одной команде. Вы спасли нас в битве при Мидуэй-Парке, а мы спасли вас в Чистилище. Теперь мы все вместе и готовы сражаться с Хэппи, несмотря ни на что! Вместе мы выясним, как победить этих ублюдков Совершенных, и вместе мы восстановим этот мир! У нас получится, если будем действовать сообща, и когда все закончится, мы устроим самую большую вечеринку, которую когда-либо видела эта планета!
Пандер слезает со стойки.
– Суровая публика, – говорит она.
– И не говори, – отвечает ей Малакай и касается кулаком ее кулака.
– Кто-то должен остаться, – говорю я, оглядывая растерянную толпу. – Нельзя оставлять их в неведении. Кому-то надо быть здесь, когда они придут с вопросами.
– Будет разумно, если я останусь, – говорит Молли. – Я знаю всех этих людей, я немало времени с ними провела.
– Молли, я едва тебя нашел, – говорю я сестре.
– Знаю, – отвечает она, – и теперь, когда действие наркотиков прошло, мое сердце разрывается оттого, что мне придется снова расстаться с тобой, но так будет лучше всего.
Я киваю в знак согласия. Все это непросто, но, по крайней мере, здесь Молли будет в безопасности.
Я подхожу к ней и обнимаю, проклиная отсутствие в этом месте любых эмоций и желая обнять сестру в реальном мире.
– Хорошо, – отвечаю я, высвобождаясь из ее объятий. – Тогда за дело!
Один за другим мы выходим обратно в реальный мир.
Стоя посреди галереи, дрожа от холода после криокамеры, я не могу оторвать взгляд от изможденного и безжизненного тела Шион и даю себе обещание, что устрою ей настоящие похороны, как только появится возможность.